УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Алфавит

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Глава 3. Образование, развитие и формы деятельности уголовного сыска в Санкт-Петербурге
 

До 1763 года в России не было специального полицейского органа, ведавшего розыскной частью. Розыски поручались состоящим при полицейском управлении офицерам, которых тогда и называли сыщиками1.
В 1763 году учреждается в Санкт-Петербурге розыскная экспедиция, которая должна вести дела "татиныя, разбойныя и убийственный"2. Экспедиция в то же время была и центральным пересыльным местом для ссылаемых в Сибирь и Оренбург. В компетенцию экспедиции входили все дела о преступлениях против собственности, к какому бы сословию не принадлежали преступления. Деятельность экспедиции продолжалась до 1782 года, когда ее функции были поделены между палатой уголовных дел и следственным отделением управы благочиния.
Такой порядок продолжался до 1842 года, пока не была сделана попытка об учреждении особого полицейского органа для розыскных дел. В этом году был учрежден временный комитет для рассмотрения предложений о мерах по предупреждению воровства в С-Петербурге.
25 февраля 1843 года комитет представил министру внутренних дел проект учреждения С-Петербургской сыскной команды.

Согласно проекта, сыскная команда должна была состоять из пристава, сыскных надзирателей и сыщиков по особому штату.
Команда эта должна была состоять под начальством генерал-губернатора и в непосредственном подчинении С-Петербургского обер-полицмейстера.
На сыскную команду возлагается надзор:
- в церквях;
- в театрах и на маскарадах;
- на улицах, площадях и гуляньях;
- на рынках;
- в трактирах, гостиницах, ресторанах и харчевнях;
- в питейных и в торговых лавках;
- в местах для найма на работу и в услужение;
- в торговых банях;
- в публичных домах (дома непотребных женщин).
Надзор должен был производиться секретно, в гражданском платье и распространялся "...на все вредные действия, которые по предосторожностям в разных мошенничествах остаются скрытыми от полиции; на поступки лиц, навлекающих на себя подозрение образом жизни; на все происшествия, приключения и случаи, относящиеся к воровству, обманам, приему краденных вещей на сбережение, или в покупку, к побегам, укрывательству от поисков, передержанию беглых и беспаспортных людей, к составлению подложных бумаг всякого рода, словом: к открытию всех тех злоупотреблений, которые полиция должна предупреждать и искоренять"3.
Сыскной пристав, надзиратели и сыщики, по проекту не имели наружной полицейской власти, и поэтому сами не могли взять кого-либо по стражу. Однако, это правило не распространялось на лиц пойманных на воровстве, уличенных в скупке краденного и их укрывателей, составителей подложных бумаг всякого рода. Этих лиц они не только могли, но и обязаны были брать под стражу.
Содействие сыскной команды со стороны исполнительной полиции предполагалось оказывать как по письменному сношению приставов или надзирателей, так и по устным требованиям не только их, но и рядовых сыщиков к квартальным надзирателям или их помощникам. Только в случаях не терпящих отлагательства сыщик мог обратиться к городовому унтер-офицеру и будочникам. Равным образом и сыскная команда должна была оказывать содействие исполнительной полиции по извещениям приставов или квартальных надзирателей.
По неизвестным причинам, проект создания С-Петербургской сыскной команды не получил утверждения и вопрос об учреждении сыскной полиции оставался открытым еще более 20 лет.
Быстрый рост преступности и отсутствие эффективных средств борьбы с ней вызвали серьезное беспокойство наиболее дальновидных руководителей полицейского аппарата. В 1866 году Петербургский обер-полицмейстер генерал-лейтенант Ф.Ф. Трепов направил Царю Александру 2 записку, в которой говорилось: "Существенный пробел в учреждении столичной полиции составляло отсутствие особой части со специальной целью производства исследований для раскрытия преступлений, изыскания общих мер к предупреждению и пресечению преступлений. Обязанности эти лежали на чинах наружной полиции, которая, неся на себе всю тягость полицейской службы, не имела ни средств, ни возможности действовать с успехом в указанном отношении. Для устранения этого недостатка и предложено учредить сыскную полицию"4.
Записка сыграла свою роль, и в 1866 году в Санкт-Петербурге была создана сыскная полиция, которая "...имеет своим назначением производство розысков и дознаний по делам уголовным, а равно исполнение приказаний градоначальника относительно мер по предупреждению и пресечению преступлений. Сыскная полиция действует, в своем отношении, на общих для полиции установленных основаниях, в качестве исполнительного полицейского учреждения по специальной части"5. Подробный порядок действия сыскной полиции определялся рядом ведомственных актов и инструкциями градоначальника.
Первым начальником сыскной части стал Иван Дмитриевич Путилин. Он принадлежал к тому нередкому, к счастью, типу даровитых русских людей, которые только своими способностями и трудом проложили себе дорогу в жизни. И.Д. Путилин родился в 1830 году в Новом Осколе, Курской губернии в семье бедного чиновника (коллежского регистратора). В возрасте десяти лет его определили в Новосельское уездное училище, курс которого он окончил за четыре года. Учился в училище он посредственно, но при хорошем поведении. Прослужив несколько лет в Новом Осколе, молодой Путилин отправляется в Петербург к старшему брату Василию, который служил в Министерстве внутренних дел. Василий помог младшему брату поступить на службу канцелярским служащим в то же министерство, в хозяйственный департамент.
В 1853 году Путилин выдержал при Санкт-петербургском университете экзамен из полного гимназического курса, что дало ему право быть причисленным ко второму разряду гражданских чиновников. На службе в хозяйственном департаменте министерства внутренних дел И.Д. Путилин пробыл лишь до конца 1854 года. Он решает перейти на более интересную и более хлопотливую полицейскую службу. Его назначают на должность младшего помощника квартального надзирателя Толкучего рынка. С этой небольшой должности и началась почти сорокалетняя полицейская карьера И.Д.Путилина.
В 1866 году он назначается начальником сыскной полиции при С.-Петербургском обер-полицмейстере, которую возглавляет почти непрерывно по 1889 год.
За этот промежуток времени он три раза покидал пост начальника сыскной полиции по состоянию здоровья, но на самое незначительное время. По выздоровлению он немедленно опять призывался на свое место, что служило доказательством, насколько Иван Дмитриевич был ценим.
В лице И.Д.Путилина преступные элементы России имели достойного противника. Благодаря ему огромные суммы денег были возвращены казне и частным лицам, сделавшихся жертвой различного рода преступлений: были изобличены и раскрыты целый ряд грандиозных мошенничеств, подлогов, поджогов, таможенных преступлений, подделок кредитных билетов, убийств и иного вида и рода преступлений. Масса преступлений была предупреждена благодаря его предусмотрительности, энергии и образцово поставленному при нем сыску.
Путилину приходилось руководить органами дознания в то время, когда наши новые судебные заведения только что создавались, а только что народившаяся следственная власть действовала часто ощупью и наугад. При подобных обстоятельствах услуги такого талантливого, опытного и неподкупного руководителя сыском, каким был Путилин, являлись незаменимыми.
Свою службу И.Д. Путилин окончил в чине тайного советника (что соответствовало генерал-лейтенанту и требовало титулования "Ваше превосходительство") со звездою Анны 1-й степени. 18 ноября 1893 года И .Д. Путилин умер у себя в деревне от инфлюэнцы, осложненной острым отеком легких. После его смерти не осталось никакого состояния. При жизни, с помощью жалованья и пенсии, он еще всячески изворачивался и мечтал даже удержать за собой приобретенную с помощью всяких банковских комбинаций и займов усадьбу. Но с его смертью рухнуло все. И движимое и недвижимое пошло "с молотка" для расчета с кредиторами. Наследникам достались только отцовские записки и различные материалы, которые и были в дальнейшем опубликованы6.
Первоначально сыскная полиция, возглавляемая И.Д.Путилиным, состояла из его помощника, четырех чиновников по особым поручениям, двадцати полицейских надзирателей (сыщиков) и двадцати вольнонаемных сыщиков7.
Начальник сыскного отделения и его помощник назначались на должность и увольнялись по предварительному сношению губернатора с прокурором окружного суда8. Разумеется, что такой малочисленный состав далеко не отвечал сыскной полиции, а в вопросе предупреждения преступлений и вовсе оказался несостоятельным. Большая часть совершенных в С-Петербурге преступлений оставалась нераскрытой и даже надлежащим образом не исследованной.
В виду своего ограниченного состава чины сыскной полиции не могли быть прикреплены к району или участку, где они могли бы действовать совместно с чинами наружной полиции. Сосредоточение всего личного состава в центральном управлении не отвечало нуждам такого большого города, как С-Петербург, и создавало таким образом формальные, чисто канцелярские отношения чинов сыскной полиции к своим обязанностям9. Их работа сводилась к составлению розыскных статей и записями разыскиваемых вещей и лиц в особые справочные книги. Исключениями были лишь некоторые преступления, как например, убийства и другие из ряда выходящие преступления, когда чины сыскной полиции, по сообщению наружной полиции или по требованию судебных властей, являлись на место преступления.
Создание С-Петербургской сыскной полиции совпало с проведением реформ столичной полиции в 1866-1867 гг., которые и сказались на ее организации. Устройство Петербургской полиции подвергалось множеству преобразований. Еще при существовании управления военного генерал-губернатора в 1862 году были утверждены распоряжения о преобразовании команд при С-Петербургской полиции. Согласно этим правилам, для усиления наружного надзора, в дополнение к штатным чинам, разрешалось набирать вольнонаемный состав.
В 1866 году было ликвидировано главное полицейское управление столицы, с закрытием должности военного генерал-губернатора. Дела, подведомственные управлению генерал-губернатора, как главному полицейскому управлению, распределены были следующим образом: дела военного ведомства и комендантская часть переданы в управление командующего войсками Петербургского военного округа, дела общего управления губернии - Петербургскому губернатору, а дела полицейского городского управления - обер-полицмейстеру. Обер-полицмейстер, по делам исполнительной полиции, подчинялся непосредственно министру внутренних дел, а по делам общественной безопасности и общественного порядка - третьему отделению С.Е.И.В. канцелярии.
В том же году был упразднен второй департамент управы благочиния. Сосредоточение всего полицейского управления столицы в руках обер-полицмейстера, потребовало реформы самого управления. Новый проект полицейского управления был утвержден в 1867 году в качестве опыта на три года.
Полицейское управление, сосредоточенное в руках обер-полицмейстера, состояло из полицмейстеров, чиновников особых поручений, канцелярии обер-полицмейстера и иностранного отделения, которое заведовало выдачей заграничных паспортов. При управлении обер-полицмейстера состояла и сыскная полиция.
Преобразована была и наружная часть Петербургской полиции. Она была преобразована по Варшавской системе. В результате были сокращены полицейские инстанции, уменьшено письменное производство, введена новая подготовка полицейского персонала посредством устройства полицейского резерва.
Деление города на три отделения и на двенадцать частей сохранилось, но совершенно в ином смысле. Части сохранили значение только в медико-полицейском и пожарном смысле. Отделение стало означать определенный, вверяемый отдельному полицмейстеру, округ для производства инспекций, надзора за точным исполнением участковой полицией возложенных на нее обязанностей. Весь город делился на тридцать восемь участков. За каждым участком закреплялся участковый пристав. Приставу подчинялись один или два помощника и письмоводитель10. В каждом участке, как административно-полицейском центре, была сосредоточена вся полицейская деятельность. Участок разбивался от двух до трех околотков. Всего их в городе было девяносто три. В каждый околоток назначались два околоточных надзирателя. Обязанности между ними распределялись таким образом, что один, имея в своем распоряжении всех городовых своего околотка, постоянно проверяет полицейские посты и наблюдает за наружным порядком и благочинением, а другому поручался внутренний надзор за жителями околотка с целью предупреждения и пресечения преступлений. В его обязанности входил ежедневный обход всех домов, гостиниц и меблированных квартир в своем околотке. Он должен был знать о всех прибывших и убывших, принимать паспорта прибывающих для прописки в участковом управлении и возвращать их по принадлежности, собирать адресные листки для направления их в адресный стол, "...обращая внимание на притоны людей подозрительных, негласным образом разузнавать об образе жизни и поведении их"11.
Согласно инструкции околоточным надзирателям, они обязаны были "... оказывать полное содействие чиновникам сыскной полиции, которой должны служить честными и самыми надежными пособниками при производстве розысков подозреваемых в совершении преступлений, открытии краденных вещей, задержании разыскиваемых лиц и т.п."12.
Таким образом, околоточные надзиратели состояли в прямом подчинении участковых приставов. Приказания и поручения от них они получали устно и докладывали о своих действиях по службе так же устно, избегая всякой переписки, которая обыкновенно замедляла и усложняла ход дела и весьма часто вела к тому, что соблюдением канцелярских форм прикрывалось "совершенное бездействие или ничтожность результатов"13.
Такое определение обязанностей околоточных надзирателей требовало, чтобы на должности эти назначались люди с некоторым образованием, опытные в полицейской службе и расторопные. Определенное им по штату содержание (300 рублей жалования, 110 рублей на обмундирование и от 45 до 75 рублей в год квартирных) представляло весьма посредственное вознаграждение за их труд, исходя из важности и сложности возложенных на них обязанностей.
В целях возвышения этой должности и для того, чтобы сделать ее предметом "домогательства и соревнования" нижних полицейских чинов, она была определена в XIV класс. Отнесение этой должности к разряду классных, было признано и по тому соображению, что околоточным надзирателям при сокращении числа полицейских офицеров и чиновников, должны присваиваться права и обязанности последних. Звание нижнего чина лишило бы их этих прав и ограничило обязанности в тех случаях, когда им пришлось бы иметь дело с офицерами или чиновниками.
Определенное штатом число околоточных надзирателей 204 человека распределялось следующим образом: в 93 околотка, по два в каждый - 186; на станции железных дорог, к Гостиному и Апраксиному дворам и на Сенную площадь - 6; в двенадцати частных полицейских домах в помощь смотрителям, по одному в каждый дом - 12.
Околоточные надзиратели прикомандировывались к сыскному отделению из состава наружной полиции. Благодаря особенно тяжелым условиям службы в сыскной полиции, среди околоточных надзирателей наружной полиции было очень мало желающих добровольно перейти на службу в сыскную полицию. Вследствие этого, в сыскное отделение попадали только такие надзиратели, которые были забракованы в наружной полиции. Само собою разумеется, что они, не обладая ни энергией, ни способностью, ни знанием сыскного дела не могли надлежащим образом руководить действиями агентов.
В сыскных отделениях очень часто имелись способные и деятельные агенты, пригодные на должности околоточных надзирателей, но так как все вакансии околоточных надзирателей замещались обыкновенно кандидатами, числящимися при полицейских участках, то они не могли дождаться назначения14.
Согласно новой реформы, число городовых было уменьшено с 1834 до 1500 человек, а функциональные обязанности расширены. При полицейских управлениях создается особая служительная команда. Полицейский резерв вверен управлению начальника резерва, который заведовал и школою, созданной для подготовки к полицейским должностям по образцу Лондонской и Варшавской школ. Вновь поступающие на должность околоточного надзирателя и городового, зачислялись на службу не сразу в участки, а первоначально в резерв.
С-Петербургская полицейская команда комплектовалась до 1866 года преимущественно нижними чинами, назначаемыми из войск или вольноопределяющимися из отставки и бессрочного отпуска. Они не имели никакого представления о полицейской службе и большей частью были люди неграмотные и неспособные. Их сразу же, по зачислению в штат полиции, ставили на посты и "предоставляли им действовать по крайнему разумению, потому что ближайшие начальники их не имели ни времени, ни возможности заняться их развитием и объяснить им лежащие на них обязанности"15. При таком способе комплектования полицейской стражи, превышение власти или бездействие, сделалось обыкновенным явлением, что вызвало со стороны общества постоянные и основательные жалобы и нарекания на полицию.
Юристы того времени писали: "... во имя справедливости и в интересах государства, следовало бы непременно назначать агентами полиции таких, которые бы сумели успешно провести в жизнь народа всякое благое начертание правительства и которых народ в одно и то же время и боялся бы, и уважал бы, и охотно и скоро выполнял бы все законные полицейские требования"16.
Созданный полицейский резерв предназначался для всех как ежедневных, так и экстренных нарядов на службу, для соблюдения порядка при процессиях, церемониях, зрелищах, гуляньях и т.д., а также для дежурств и командировок, когда возникала необходимость усилить или временно заменить отсутствующих чинов наружной и сыскной полиции. Это последнее назначение резерва с одной стороны представляло вновь определяющимся в полицию лицам возможность практически ознакомиться с некоторыми обязанностями полицейской службы и показать на деле свои к ней способности, а с другой - избавляло чинов наружной и сыскной полиции от дежурств, нарядов и командировок, которые бы отвлекали бы их от прямых обязанностей и ослабляли местный полицейский надзор.
Личный состав резерва по проекту штата был определен следующий: начальник резерва, два старших чиновника, 16 младших чиновников, фельдфебель (он же штатный писарь), 150 городовых. Из них начальник резерва, старшие чиновники и фельдфебель образуют постоянный, а прочие классные и нижние чины временный состав резерва, так как эти последние комплектовались из лиц, изъявивших желание поступить в наружную полицию. Они оставались в резерве до назначения их на открывавшиеся в наружной полиции вакансии. Полицейский резерв размещен был первоначально в полицейском доме Рождественской части, а затем переведен в Александро-Невскую часть. Необходимые хозяйственные принадлежности полицейский резерв получил из Васи-леостровской временной больницы.
С учреждением резерва все желающие определиться на службу, как служащие нижние чины, так и вольноопределяющиеся, подвергались экзамену по установленной программе и осмотру. От кандидатов требовалось умение читать и писать по-русски. Они должны были быть сметливы, расторопны, иметь приличный внешний вид и удовлетворительное состояние здоровья. О кандидатах собирались подробные справки о поведении по месту жительства и работы.
Занятия в школе резерва на первых порах не имели характера школьно-педагогического, со строгим определением времени и предметов занятий. Классные чины резерва, основательно знакомые с полицейской службой, разъясняли, в свободное от службы время, нижним чинам резерва их обязанности, обучали математике и письму под диктовку. Курс обучения продолжался от двух недель до месяца.
По окончании курса кандидаты сдавали экзамены особой комиссии, в состав которой входили: полицмейстер, начальник резерва и два пристава.
Классные чины должны были изучить:
1) Устав о предупреждении и пресечении преступлений;
2) Устав уголовного судопроизводства;
3) Уложение о наказаниях;
4) Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями;
5) Устав казенного управления и уставы благоустройства и благочиния;
6) обязательные постановления, изданные градоначальником;
7) обязательные постановления, изданные Городской Думой, земскими собраниями, присутствием по фабричным делам и т.п.;
8) все приказы градоначальника, начиная с 1866 года;
9) участковое делопроизводство;
10) Правила об учете запасных нижних чинов;

11) практические приемы по обнаружению преступлений и нарушений по образцам и моделям, имеющимся в специальном классе;
12) антропометрию17.
Кандидаты на должность околоточных надзирателей, под руководством опытного фотографа, изучали фотографию в специальном классе.
На резерв возлагалось множество обязанностей и сводились они к следующему:
1. Контролирование офицерами резерва дежурств дворников, освещение лестниц и дворов, содержание в порядке дворов, наблюдение за правильностью движения.
2. Офицеры резерва участвовали в комиссиях по осмотру экипажей извозчиков, выдавали им номерные жестянки.
3. Нижние чины резерва посылались для задержания по городу нищих, шарманщиков, шарлатанов и т.п.
4. Они же несли службу в вечернее время.
5. При полицейском резерве установили особый учет всего личного состава извозчиков. На каждого извозчика, производящего промысел в столице, имелся листок с полным его званием, справкой сыскной полиции о судимости и со всеми последовавшими за время производства промысла штрафами, наложенными как мировыми судьями, так и в административном порядке. На особых листках имелись сведения на каждую закладку по номеру: кто ей хозяин, где он живет и кто работник.
6. О кучерах собственных экипажей резерв вел такие же сведения. В случае получения справок о уголовной судимости резерв сообщал эти сведения хозяевам.
7. Канцелярия резерва ведала всеми расчетами за обмундирование столичной полиции.
8. В резерве велся контроль за всеми велосипедистами, замеченными в нарушении правил езды по городу.
9. На начальника резерва было возложено ведение списков городовых и полицейских служащих всего состава полиции, учет их по участкам, полицейским домам и по казармам, переводы с места на место18.
В 1870 году новое полицейское управление С-Петербурга, утвержденное в виде опыта на три года в 1867 году, продлено еще на три года.
20 марта 1873 года учреждение Санкт-Петербургской полиции изменено положением о Санкт-Петербургском градоначальстве. Согласно данного положения, управление Санкт-Петербургом в административном порядке и полицейском отношении вверяется градоначальнику. Градоначальник руководствуется общими положениями для губернаторов, но ему предоставлено право непосредственно доносить императору о важнейших происшествиях в столице и о главных предметах полицейского управления.
Градоначальник подчинялся министру внутренних дел и шефу жандармов. При градоначальнике состоял помощник, канцелярия и совещательное присутствие. Присутствие под председательством помощника градоначальника состояло их управляющего канцелярией, его помощника, чиновника особых поручений по служебным делам и одного полицмейстера.
Устройство полицейского управления Петербурга, основанное на делении города на участки, поручаемые приставами, действующим непосредственно на околоточных надзирателей, сделалось образцом для введения и в других городах России.
Деятельность сыскной полиции на изложенных выше обстоятельствах продолжалось в течении двадцати лет. В 1887 году, по представлению градоначальника генерал-губернатора П.А.Грессера о малочисленности личного состава сыскной полиции и недостаточности средств отпускаемых на ее содержание, штат полицейских надзирателей был увеличен на 102 человека. Увеличены были также и денежные оклады служащим сыскной полиции. Только с этого момента сыскная полиция нашла возможным дать своей деятельности более целесообразную организацию.
Такая преобразовательная деятельность всех служб сыскной полиции, как показывают статистические данные, значительно снизила количество совершенных в С-Петербурге преступлений. Обращаясь к хронике уголовных происшествий тех лет, мы видим, что убийств с целью ограбления было сравнительно мало. Большей частью убийства носили не преднамеренный характер и совершались чаще всего в состоянии опьянения, во время ссоры, ревности и т.п.
Несмотря на различные меры, принимаемые к предупреждению преступлений в Санкт-Петербурге, количество мелких правонарушений и краж не уменьшалось, а напротив - увеличивалось. Это явление объясняется постоянным ростом населения и приливом в столицу из провинции работоискателей в числе, превышающем спрос на них.
Установившаяся постоянная связь с сыскными отделениями других городов, а также с полицией иностранных государств, дала возможность задерживать гастролирующих воров и мошенников и раскрывать преступления, совершенные в других городах.
С каждым годом требовалось от сыскной полиции все больших и больших затрат сил, средств и увеличения штата, чтобы справляться с преступностью. Так, например, в 1903 году С-Петербургское сыскное отделение функционировало согласно штату, утвержденному еще в 1887 году и состояло из начальника сыскной полиции, его помощника, четырех чиновников для поручений, пятидесяти полицейских надзирателей, делопроизводителя, старшего помощника делопроизводителя, двух младших, архивариуса, вольнонаемных агентов и писарей, число которых доходило до тридцати19.
Между этим составом и были распределены функциональные обязанности сыскного отделения: предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, справочная часть о лицах, задерживаемых участковой полицией за проступки или по обвинению в каких-либо преступлениях, а также высылка из столицы лиц "предосудительного" поведения и вообще вся сыскная деятельность.
Свежую струю в деятельность С-Петербургской сыскной полиции внес надворный советник В.Г.Филиппов, назначенный на должность начальника сыскного отделения 5 февраля 1903 года. По его распоряжению был предпринят целый ряд мероприятий, направленных на обеспечение личной и имущественной безопасности жителей столицы и вообще к упорядочению сыска. Так, например, в сыскное отделение были вызваны содержатели меблированных комнат в количестве 350 человек, которым были разъяснены их обязанности по наблюдению за внутренним порядком в этих комнатах.
Категорически запрещалось проживание без прописки. Во всех меблированных комнатах, в целях контроля за приходящими и уходящими лицами устанавливались автоматически закрывающиеся дверные запоры и кроме того служащие обязаны были иметь специальные значки.
Были вызваны содержатели трактиров, чайных, ночлежных домов и приютов и им также были разъяснены их обязанности по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений. Точно такая же работа была проведена и со старостами существующих в Санкт-Петербурге артелей.
С целью выявления бродяг и преступного элемента, были введены ежедневные выборочные уличные обходы, а также периодически производились обходы одновременно по всему городу-
Был установлен тесный контакт с начальником арестного
дома. Он давал точные сведения о лицах, отбывающих наказание по суду в вверенном ему доме в пятый и более раз. Эти сведения служили основанием для возбуждения ходатайства о высылке таких лиц из Санкт-Петербурга.
Был учрежден контроль за лицами, задерживаемыми за хулиганство на улицах. На стол привода возлагались обязанности объявлять распоряжения о высылке их Санкт-Петербурга с запрещением жительства доставляемых лиц, в отношении которых уже имелись такие распоряжения. Была также введена регистрация лиц, лишенных права жительства в столице и самовольно возвращающихся, для удаления их в более отделенные местности. Лица, подлежащие высылке из столицы, препровождались непосредственно в пересыльную тюрьму, а не возвращались, как прежде, в участковые управления, чем ускорялась высылка.
С целью предупреждения преступлений была зарегистрирована прислуга гостиниц и меблированных комнат и собраны сведения о тех, кто имел судимость. Заведены специальные книги гостиниц и меблированных комнат, в которые вносились все преступления и проступки, совершенные в них. Для фактического наблюдения за сутенерами и содержательницами квартир, собирались сведения о квартирах проституток.
Для улучшения порядка розыска вещей, добытых преступным путем, были приглашены управляющие всех С-Петербургских ломбардов для разработки правил, обеспечивающих розыск похищенных вещей.
Были заведены месячные таблицы, дающие точные сведения о количестве совершенных в столице преступлений, с подразделением на категории по роду преступлений и месту совершения их. Для контроля за деятельностью полицейских надзирателей вводилась ежемесячная сличительная ведомость.
Произошли перестановки и в штате сыскного отделения. Теперь четыре чиновника для поручений были распределены по отделениям города, полицейские же надзиратели по участкам, чем каждый из них в своей деятельности был подчинен местному районному чиновнику.
Ежедневно в сыскное отделение поступали из участковых управлений сообщения о всех, совершенных за истекший день, преступлениях. Эти сообщения рассматривались лично начальником сыскного отделения и затем по ним давались поручения чиновникам о производстве дознания. Эти дознания являлись постоянной текущей работой сыскного отделения. Кроме этого чиновники получали от начальника сыскного отделения письменные или устные поручения по делам уголовного характера и смотря по важности их, или сами производили дознание, или же под своим наблюдением производство поручали участковым надзирателям. В обязанности чиновников для поручений и полицейских надзирателей, кроме производства дознаний по уголовным преступлениям, входил также сбор сведений о разных подозрительных лицах, наблюдение за театрами, увеселительными заведениями, клубами, ломбардами, ресторанами, гостиницами, постоялыми дворами, ночлежными приютами, домами терпимости и т.п. заведениями. В их же обязанности входило производство систематических обходов по ночлежным приютам и другим местам, с целью задержания преступников, лиц без паспорта и лишенных права жительства в столице и кроме того производство по очереди ежедневных обходов по улицам, с целью задержания лиц, совершающих хулиганские действия.
Для проведения допросов, по имеющимся в производстве делам, чиновники для поручений и полицейские надзиратели являлись в сыскное отделение к десяти часам утра и оставались до двух часов дня. В случае необходимости, для личного доклада начальнику сыскного отделения и получения новых распоряжений, они являлись и в шесть часов вечера.
Из чиновников для поручений и полицейских надзирателей были установлены ежедневные дежурства. Дежурная группа состояла из одного чиновника, одного старшего полицейского надзирателя и двух младших надзирателей или агентов, причем чиновники дежурили с десяти часов утра до одиннадцати часов вечера, а надзиратели с десяти часов утра целые сутки.
В обязанности дежурных входило: прием заявлений письменных и устных и по телефону. Обо всем случившемся во время дежурства, докладывали начальнику сыскной полиции, а в его отсутствие - помощнику.
В 1903 году, только по второму отделению сыскной полиции было произведено дознаний:
- по убийствам - 10;
- самоубийствам - 4;
- нанесением ран - 57;
- грабежам - 90;
- кражам со взломом -184;
- кражам простым - 699;
- подлогам - 7;
- поджогам - 5;
- изнасилованиям - 3;
- угону лошадей -16;
- присвоениям и растратам - 28;
- подделка фальшивых монет;

- утерям - 16;
- святотатствам - 4;
- анонимным заявлениям - 21 и т.п.
Всего по четырем отделениям сыскной полиции было проведено более 5250 дознаний, из которых больше преобладали простые кражи20.
31 мая 1890 года приказом С-Петербургского градоначальника генерал-лейтенанта Грессенера при сыскной полиции столицы было открыто первое антропометрическое бюро. Первые же месяцы его работы принесли ощутимые результаты, вследствие чего было принято решение обмениваться регистрационными картотеками с провинциальными бюро, учрежденными позднее21.
Антропометрическое бюро создавалось в целях быстрого обнаружения лиц, совершивших преступления и рецидивистов.
Когда по закону от 6 июня 1908 года практически на всей России были введены сыскные отделения, то регистрация преступников по словесному портрету была новостью не только в России, но и в Западной Европе, где сыскное дело вообще было поставлено неплохо. При таких условиях понятно, что в Департаменте полиции возникли опасения в том, насколько целесообразной и применимой окажется эта система регистрации в только что сформированных сыскных отделениях. Именно этим и объясняется, вероятно, введение, наряду со словесными портретом, регистрации по антропометрии и дактилоскопии.
С начала 80-х годов XIX столетия в Европе развивались две научные системы идентификации - антропометрия (наука измерений тела) и дактилоскопия (изучение отпечатков пальцев). Честь создания первой принадлежала Альфонсу Бертильону, начальнику бюро идентификации в Париже, вторая была развита Гершелем и Френсисом Гальтоном. На практике эта система была разработана начальником лондонской полиции Эдвардом Генри. Дактилоскопия, впервые примененная английскими властями в Индии, была введена в Скотланд-Ярде в 1901 году.
Антропометрия, введенная во Франции Бертильоном в 1883 году, основана на том факте, что будто бы измерения известных частей человеческого тела почти не меняется в период между юношеством и преклонным возрастом. Бертильон установил несколько первичных измерений, которые затем подразделяются дальше. На этом базисе он построил систему идентификации, принятую в странах Европы22.
Одно из наиболее распространенных направлений в уголовном праве России было антропологическое направление. Оно появилось в России в конце XIX века в качестве трудов итальянского врача Ч.Ломбразо. Некоторые ученые и чиновники объясняли причину роста преступности в основном антропологическими свойствами человека и физическими факторами.
К антропологическим свойствам относились: принадлежность к определенной расе, пол, возраст, физическая и органическая конструкция преступника. К физическим факторам относились: климат, почва, годовая температура, ночное и дневное время и т.д.23. Такое объяснение причин преступности давало возможность полиции проводить беспощадную расправу с любыми опасными для государства людьми, объявляя их врожденными преступниками.
Антропометрия как наука идентификации не выдерживает критики хотя бы лишь потому, что на практике не исключались ошибки при измерении из-за малой подготовленности чиновников сыскной полиции и неточности приборов.
Между двумя системами идентификации - антропологией и дактилоскопией - во всей Европе, в том числе и в России, разгоралась борьба.
В связи с реформой, проводимой в 1913 году Департаментом полиции, по реорганизации и улучшению сыскного дела, классификация преступников по словесному портрету была изменена регистрацией по дактилоскопии.
Необходимо отметить, что в отличие от английской, русская полиция не отказалась безоговорочно от антропометрии в пользу дактилоскопии, а стремилась сочетать эти методы24. Антропометрия была сохранена. Но только для опознания старых рецидивистов, которые могли быть зарегистрированы в сыскных отделениях до 1908 года.
Успешному развитию учета мешала неравномерность развития полицейских учреждений России. Несмотря на прочитанный в 1908 году начальникам сыскных отделений курс уголовной регистрации, только в столицах и наиболее крупных городах это дело было поставлено надлежащим образом25.
В антропометрическое бюро ежедневно доставлялись для измерения и удостоверения звания:
1) лица обоего пола, задержанные полицией по различным правонарушениям и обращавшие на себя чем-либо внимание сыскной полиции;
2) арестанты из полицейских домов подлежащие отправлению в тюрьму по приговорам суда;
3) окончившие сроки заключения в исправительном арестантском отделении;

4) из пересыльной тюрьмы арестанты каторжного разряда;
5) бродяги и лица, задержанные в провинциальных городах за безписьменность и направляемые для удостоверения их звания26.
Все лица, включая рецидивистов, подвергались полному измерению по системе французского доктора Бертильона, дающей изображение субъекта, рядом с цифрами, которые показывали размеры определенных частей тела, подверженных самым незначительным изменениям, а именно: измерялся рост, высота бюста, расстояние между крайними точками распростертых рук, продольный и поперечный диаметр черепа, длина среднего пальца и мизинца левой руки, длина и ширина правого уха, длина левой ступни и левого локтя, определялся профиль носа по выступу носовой перегородки. В основном для этих целей использовался прибор Анфоссо.
Прибор состоял из стержня, по которому скользила горизонтальная подпорка, снабженная задерживающей пружиной. Вдоль поддерживающей колонны проходил прибор, сделанный из металла, так называемый, кранометр. Параллельно ветвей горизонтали свободно двигались приспособления для измерения большого размаха и длины среднего пальца. На подставке у подножия главной колонны находились особые приспособления для измерения ног.
Процесс измерения был сложен и предусматривал необходимые навыки. Агент, уполномоченный производить измерения, ставил арестованного на подставку антропометра, освобождал винт кранометра, опускал его до соприкосновения с головой и в этом положении фиксировал.
По окончании этой несложной операции находящуюся спереди платформу доводили до лба арестованного и записывали показания прибора и лобного тонометра. Затем, передвигали ветвь вместе с площадкой до соединения с основанием спинки носа, и в тот момент, когда площадка достигала искомой точки, внимательно наблюдали, опирается ли нос всей своей длиной или же нет. Момент этот был особенно важен, так как от правильного измерения носа зависела достоверность всей записи. На боковой ветви после манипуляций показывался номер измерения горизонтальной плоскости, а на верхней ветви - номер вертикальной плоскости. Затем приводились в действие две площадки, находящиеся с двух сторон головы арестованного. Полученные на поперечной градуировке оба полудиаметра складывались и получались результаты измерений всего диаметра.
Измерение плеч достигалось опусканием горизонтальной подпорки до встречи с плечами. Если плечи были одной высоты, то записывалось только одно показание, а если высота была разной, то записывались оба результата. После измерений плеч, протягивали руки арестованного вдоль горизонтальной шкалы и водили аппарат, измеряющий большой размах и длину среднего пальца. Наконец, убедившись, что пятки в правильном положении и что ноги соприкасаются с колонной, агент писал показания педометра, т.е. цифры длины ступни и длины ноги27.
Все эти данные отмечались на особых карточках, отдельных для каждого субъекта. На этой карточке записывался цвет радужной оболочки левого глаза, особые приметы, а также имя, отчество, фамилия, звание и судимость. На рецидивистов составлялись два экземпляра карточки, куда вносились их добавочные сведения. Все вновь измеренные преступники записывались в алфавитную книгу и карточки их проверялись по цифрам измерений.
На лиц, подлежащих фотографированию, составлялся особый бланк, в котором отмечалось звание и судимость преступника, и последний, вместе с бланком, передавался фотографу.
В обязанности антропометрического бюро входило пополнение измерительных карточек сведениями о судимости и дальнейшее наблюдение за этим для нужд Справочного стола.
Для точного определения количества преступников, проходящих через антропометрическое бюро, велась ведомость, в которой ежедневно отмечалось количество вновь измеренных рецидивистов и преступников, обнаруженных путем измерения. По истечении года составлялась подробная таблица с указанием сословия преступников, возраста, рода преступлений и общего числа измеренных.
Заведовал антропологическим бюро один их полицейских надзирателей и один из агентов сыскного отделения.
Из отчета о деятельности С-Петербургского антропометрического бюро за 1903 год:
В отчетном году измерено ...3584, из них:
а) мужчин ...3145;
б) женщин ...439.
Рецидивистов было проверено ...12245, из них:
а) мужчин ...11570;
б) женщин ...675.

Из этого числа обнаружено скрывающих свое звание обоего пола... 179.
Из числа лиц, измеренных в первый раз по роду преступлений было:
а) за убийство ...54;
б) за грабеж ...39;
в) за кражи ...2145;
г) за мошенничество ...131;
д) за нищенство, безписьменность и прочее ...909.

Поступило запросов из-за границы об обнаружении звания задержанных там преступников:
из Берлина ...27;
из Вены ...4;
из Копенгагена ...128.
Одновременно с возникновением антропометрического бюро создается кабинет фотографии. В фотографии при Санкт-Петербургской сыскной полиции работали два фотографа. Работа заключалась в фотографировании различных преступников, мест совершения преступлений, убийц и их жертв, орудий преступлений, вещественных доказательств, увеличение фотографий, документов и т.д.
Все работы выполнялись по указанию начальника сыскной полиции и в любое время дня и ночи. Кроме своей работы, выполнялись еще различные задания для Департамента полиции, губернского жандармского управления, охранной агентуры и канцелярии губернатора. Съемки преступников проводились в специа льном павильоне, число которых ежегодно доходило до 800 человек.
С первого июля 1903 года, по распоряжению начальника сыскной полиции, фотограф Генэ был заменен другим фотографом - Рогаловым. Работы были значительно расширены и уже в конце декабря количество отснятых преступников было 1215 человек и это не считая других дел. Со сменой фотографа был проведен ремонт помещения, проведено электричество, устроены шкафы, столы и все необходимые принадлежности для фотографии, которых раньше не было.
Оборудование фотографического павильона состояло из следующей аппаратуры:
1) аппарат для разм. 24x30 см с усовершенствованным объективом для съемки групп, наружных больших зданий, внутренних помещений и пр.;
2) аппарат для разм. 13x18 см новейшей конструкции с объективом для съемки мест преступлений, трупов при их обнаружении, а также и для съемки копий. К этому аппарату было устроено приспособление для съемки 36 раз, не переменяя пластинок;
3) увеличительный аппарат, которым можно было с маленькой фотографии увеличивать до натурального роста человека;
4) старый аппарат был приспособлен для съемки в павильоне одного лица в двух позах на одной пластине;
5) имелся аппарат разм. 40x50 см, который употреблялся для увеличения на пластину фотографий и документов;
6) имелись две декорации для съемки групп, сделанные по личному указанию начальника полиции29.
Для каждой определенной преступной категории лиц заводился отдельный альбом с фотографиями преступников и лиц порочного поведения, которые были зарегистрированы сыскными отделениями. В эти альбомы вносились также портреты, добытые агентурным путем, от иностранных полиций и от других учреждений. Страницы альбома пронумеровывались и в его начале или конце находился алфавитный список всех лиц, внесенных в него.
Альбом этот предназначался исключительно для служебных целей чинов полиции, исполняющих поручения по розыску и содержал фотографии профессиональных преступников, распределенных в отдельных выпусках альбома по роду преступной специализации.
В музее С-Петербургской сыскной полиции хранился альбом с фотографиями преступников, подразделенных по следующим категориям преступности:
1) "гастролеры";
2) карманные воры;
3) воровки-проститутки;
4) простые воры;
5) воры по передним;
6) воры чердачные;
7) воры магазинные;
8} воры со взломом квартир и магазинов;
9) воры с употреблением обмана;
10) воры-прислуги;
11) воры железнодорожные;
12) воры велосипедные;
13) пристанодержатели воров;
14) покупщики краденного;
15) конокрады;
16) мошенники и аферисты;
17) грабители и разбойники;
18) подделыватели фальшивых денег;
19) поджигатели;
20) убийцы;
21) шулера-картежники;
22) хулиганы и "коты";
23) бродяги;
24) глухонемые;
25) ссыльнокаторжные;
26) соучастники преступлений;
27) барышники театральные;
28) хипесники - обкрадывающие мужчин, приводимых проститутками на квартиры;
29) подкидчики, обкрадывающие чаще всего приезжих провинциалов при помощи подкидывания на улицах кошельков с деньгами или ценных колец и т.д.30.
Главное назначение этого альбома было служить пособием:
- для установления личности (опознания) уже задержанных преступников;
- выяснения личности и преступной деятельности находящихся на свободе лиц, подозреваемых в совершении преступлений и находящихся под наблюдением чинов сыскной полиции;
- для предъявления потерпевшим и свидетелям при производстве дознания.
Помещенные в альбом фотографии были в десять раз меньше натуральной величины изображенного лица и имели следующие данные: звание, имя, отчество, фамилия, год рождения или возраст в момент фотографирования, рост в метрах или сантиметрах, цвет волос и бороды, когда и в каком городе был зарегистрирован или задержан, форма носа и характерные черты уха.
Слева и внизу каждой фотографии помещались следующие данные:
- порядковый номер, облегчающий нахождение страницы альбома, согласно алфавитного списка, содержащего перечень всех лиц, помещенных в альбом;
- время и место регистрации при задержании. Кроме того, отмечались особые приметы, главным образом лица и рук, т.е. частей тела, наиболее заметных при наружном наблюдении и дактилоскопическая формула в цифрах в виде дроби, выведенная по системе центрального департамента полиции31.
Фотографии этого альбома, прежде всего, разделялись на три отдела по главным формам спинки носа:
1. Нос вогнутый - ВО.
2. Нос прямолинейный - ПРЯМ.
3. Нос вогнутый или выпуклый - ВЫ.
Если линия носа была извилистая, то фотография относилась к носам вогнутым.
По особенностям строения уха, фотографии распределялись на три главных отдела, которые разбивались затем на семь подотделов, по самым характерным формам уха. Эти характерные формы уха обозначались сокращениями (НАП, ВОП, ВЫП, БОР, ОТ, X, ВЬЮ) и воспроизводились с левой стороны таблицы № 1, которая находилась в начале альбома. Там же приводились разъяснения сокращений и описания обозначаемых ими форм.
Группа, в которую должна быть помещена фотография, всегда обозначалась обнаруженной первой характерной чертой уха, отбрасывая, путем последовательного вычитания, все предыдущие признаки таблицы, которое данное ухо не имеет. Лица, уши, которых не представляли ни одной ясно обозначенной характерной черты, указанной в образцовой таблице, относились к седьмой группе, обозначаемой X. И, наконец, по росту, изображенные на фотографиях разделялись на два или три отдела, исходя из числа фотографий, составляющих отдел. Существовали и дополнительные способы классификации: по цвету глаз, по году рождения и т.д.
Данная система классификации была довольно сложна и требовала от чинов сыскной полиции специальных навыков и практики, которая "... должна быть усвоена профессиональным полицейским также, как клавиши рояля хорошим пианистом"32.
В 1896 году, по распоряжению градоначальника Н.В.Клейгельс, чиновники для поручений были распределены по отделениям города, а полицейские надзиратели - по участкам. Ни одна местность в С-Петербурге не осталась без наблюдения сыскной полиции, за исключением только тех случаев, когда по делам службы требовалась экстренная отлучка полицейского чина из наблюдаемого им района.
Вместо практиковавшегося прежде порядка ведения книг для записи лиц разыскиваемых и сведений о судимости, в справочном столе была заведена карточная система, которая значительно облегчала наведение различных справок.
В 1897 году, по его же распоряжению, при сыскной полиции был учрежден стол находок, который исключительно ведал розыском утерянных вещей, денег, документов и т.д. До этого времени дела о найденных вещах и деньгах находились в канцелярии градоначальника, которая и разыскивала владельцев представленных находок и выдавала их по принадлежности, нередко случалось, что и вещи и деньги, заявленные похищенными, разыскивала сыскная полиция, а канцелярия градоначальника разыскивала владельцев этих вещей, т.к. вещи были представлены в числе находок.
Такая раздвоенность в делопроизводстве, осложнявшая систему исполнения и порождавшую излишнюю переписку между отдельными учреждениями и была основной причиной присоединения стола находок к сыскному отделению. Одновременно с этим, им были переданы и переписки по следующим предметам:
- по исследованию и публикации о находках, хранению, выдаче и продаже их;
- о розыске хозяев задержанных животных и продаже их;
- о розыске по заявлениям хозяев ушедших животных;
- по заявлениям об утерянных разных документах;
- по ведению книг явок о выдаче копий с явочных прошений;
- дела о розыске находящихся в отлучке мужей и жен33.

Найденные вещи и деньги доставлялись нашедшими или непосредственно в сыскное отделение или в участковые полицейские управления, где в каждом таком случае составлялся протокол с подробным описанием находки и указанием места, времени и обстоятельств ее обнаружения. Указывались также фамилия, имя и место жительства нашедшего, за подписью последнего и полицейского чина, составившего протокол.
Находка оценивалась в присутствии нашедшего лица, опечатывалась печатью и заносилась в соответствующую книгу, нашедшему вдавалась квитанция о принятии от него находки. Находки хранились в специально устроенной кладовой непосредственно в сыскном отделении. Громоздкие вещи передавались на хранение в полицейский дом Нарвской части.
По прошествии месяца о поступивших в полицию находках давалось объявление в газете "Ведомости Санкт-Петербургского Градоначальства".
Если находка не могла быть оценена, то срок явки за ней полагался трехдневный; для находки, стоящей ниже десяти рублей - двухдневный и выше - двухмесячный срок. Если собственники находки являлись до истечения объявленного срока, то они возвращались по принадлежности, в противном же случае они обращались в собственность нашедших.
В случаях, когда доставивший находку не располагал правом собственности на нее, как, например, нижние чины полиции и жандармы, извозчики, обнаружившие вещи у себя в экипаже и другие лица, то они шли в доход казны. Находки, которые не могли быть вручены нашедшим в связи с не проживанием их в Санкт-Петербурге или же подлежащие обращению в пользу казны, продавались с аукциона, а вырученные от продажи деньги поступали в сыскное отделение. Полученные деньги распределялись следующим образом: те деньги, которые были вручены от продажи находок, подлежащих обращению в пользу казны - отсылались в Санкт-Петербургское Губернское казначейство для зачисления в государственный доход, те же деньги, которые должны быть выданы нашедшим, распределялись между последними и пересылались в уездные полицейские управления по месту их приписки. В тех случаях, когда нашедший нигде не был прописан и не имел постоянного места жительства, деньги вносились на хранение в казначейство, согласно закона о земской давности.
Если находка представляла крупную сумму денег или драгоценную вещь, а владелец отказывался от взноса законной части в пользу нашедшего, желая войти с ним в особую сделку, то такому лицу сообщался адрес нашедшего и у него отбирались подписка о полном вознаграждении за находку, а деньги или вещь вручались по принадлежности. При несогласии сторон дела о находках передавались на решение в суд34.
Не всякое утерянное имущество бывало найдено и не всякий нашедший считал себя обязанным объявить о находке. В таких случаях при поступлении заявления в сыскное отделение приступали к розыску и принимали необходимые меры. Если в стол находок поступало заявление немедленно вслед за утерей и были основания предполагать, что утерянное имущество будет найдено, может быть сбыто в ломбарды или на рынки, то отдавались распоряжения по телефону или телеграфу, предупреждающие сбыт.
При поступлении заявлений значительно позже утери и если утерянная вещь имела значительную ценность, также рассылались сообщения в ломбарды. В случае, если разыскиваемая вещь оказывалась в закладе, то потерпевшему выдавалось разрешение на право выкупа ее. В остальных случаях розыск утерянных вещей производился путем помещения объявления в приказе сыскных статей.
При розыске утерянных процентных бумаг, если известны номера последних, помимо распоряжений, отдаваемых по телефону, рассылались в банки и банкирские конторы и вообще, где сбыт возможен, особые объявления.
Немало имущества оставалось в экипажах извозчиков, с которыми на этой почве полиции приходилось вести борьбу, иногда и не совсем успешную. В данных случаях в отношении виновных и увезенного имущества розыскные мероприятия меняли свой характер: когда "жестянка" (жестяной знак с личным номером) извозчика, виновного в присвоении имущества неизвестна, а извозчик был взят потерпевшим от вокзала или такого места, где "жестянка* его могла быть записана, тогда делалась выписка "жестянок" всех извозчиков, бывших в этом месте. В полицейском резерве наводилась справка о собственниках этих "жестянок" и затем по месту их жительства производились розыски виновного и увезенного им имущества.
Почти такой же способ сыска увезенного имущества применялся и в отношении извозчиков, "жестянки" которых известны потерпевшим, с той лишь разницей, что владельцы этих "жестянок" опрашивались местной участковой полицией, которая и изымала у них имущество.
Не всегда, разумеется, обнаруживалось у извозчиков забытое имущество и не всегда имелась возможность обвинить их в присвоении последнего, допуская основательное предположение, что имущество, оставленное в экипаже, могло быть взято следующим после потерпевшего клиентом.
Сотрудникам стола находок приходилось разыскивать и, так называемый, пригульный скот, появлявшийся на улицах городов из деревень, расположенных в окрестностях или же железнодорожных платформ, где выгружался доставленный в город скот и т.п. мест. Все пригульные животные, начиная с лошади и быка и кончая мелкой домашней птицей, доставлялись в местные полицейские участки и здесь в каждом отдельном случае составлялся протокол с подробным указанием примет задержанных животных и их стоимости. Затем участковый пристав, известив телеграммой остальные участковые управления, отправлял задержанных животных на содержание в полицейский дом Нарвской части, а протокол передавал в стол находок. При явке потерпевшего в сыскное отделение или в участок, ему сообщалось место нахождения разыскиваемого животного.
По предъявлении смотрителю дома удостоверения о принадлежности задержанного животного и возмещении издержек за прокорм, оно возвращалось собственнику. За прокорм лошади и крупного рогатого скота взималось по пятьдесят копеек в сутки, а за прокорм мелких домашних животных - двадцать пять копеек. Невостребованный домашний скот поступал в продажу с публичных торгов. Предварительно стол находок помещал в "Ведомостях Санкт-Петербургского Градоначальства" объявление, производил розыск владельцев в течении двух недель. Только по прошествии этого времени пригульный скот, за не розыском владельцев, поступал в продажу, которую производил пристав 1-го участка Нарвской части на особом для этой цели дворе. Вырученные от продажи пригульного скота деньги доставлялись в стол находок и здесь распределялись таким образом: одна часть этих денег отсылалась смотрителю Нарвской части в возмещение расходов на прокорм животных и доставку их на торги, другая часть поступала в доход города.
Точно так же, как и о пригульном скоте, в столе находок разбирались заявления об ушедших домашних животных. К категории последних, в большинстве случаев, относились лошади, потерпевшими являлись жители пригородных селений, которые "...привозят в столицу для продажи жизненные припасы, а затем, сбыв таковые, по обыкновению заходят в попутный трактир или чайную, оставляя зачастую свою лошадь без всякого присмотра, а также извозчики и содержатель извозного промысла; в числе же других ушедших животных приходится иметь дело исключительно с козлами, которые разыскиваются местными частями войск, пожарными командами и содержателями конюшен"35.
По получении заявления об ушедшем животном немедленно во все участки рассылались телеграммы о розыске и пристав, в участке которого было задержано разыскиваемое животное, немедленно распоряжался о выдаче последнего владельцу.
Стол находок занимался и розыском утерянных документов:
- паспортов, свидетельств о выполнении воинской повинности, аттестатов о службе, свидетельств об образовании, векселей и т.п.;
- розыском безвестно отсутствующих лиц (мужей, жен, детей и отчасти должников).
В обоих случаях подавались, так называемые, явочные прошения, оплачиваемые гербовым сбором в размере одного рубля двадцати копеек. Принятое прошение записывалось в особый реестр входящих бумаг. Если прошение заключало в себе просьбу о розыске документов, то просителю выдавалась копия, за исключением тех случаев, когда явочное прошение касалось утери увольнительных их войск, свидетельств и указов об отставке. Копии с них, на основании особого циркуляра Министерства внутренних дел, вручались только при получении от него указаний относительно указанных документов, через местного участкового пристава.
Если прошение заключало в себе просьбу публикации объявления недействительности того или другого утерянного документа, то оно оплачивалось в сумме трех рублей. Объявление помещалось в газете "Ведомости С-Петербургского Градоначальства" для трехкратной публикации. По окончании проситель приобретал нужное количество номеров газет, заключающее в себе данное объявление и с копией явочного прошения представлял в места выдачи утерянных документов, где и получал дубликат.
В случае несостоятельности лица уплатить гербовый сбор и публикацию, копия с явочного прошения о розыске документов вручалась через участковую полицию, которая удостоверившись в материальном положении, вручала по принадлежности, а копию акта о бедности просителя доставляла в стол находок. В этом случае объявления помещались бесплатно.
По явочным прошениям о розыске безвестно отсутствующих лиц производился розыск последних. По обнаружении места жительства скрывшегося лица, выдавались копии с явочных прошений. Для замужних женщин, разыскивающих своих мужей, они заменяли согласие последних на отсрочку и возобновление вида на жительство, а прочими лицами представлялись при исковых делах в суд, в воинские присутствия и т.п. места. Данные прошения о розыске лиц принимались только в отношении тех, которые проживали в С-Петербурге.

Розыск лиц, никогда не проживающих в городе и скрывавшихся из других мест, к производству не принимались и просителя направляли по месту жительства скрывшихся.
Руководство столом находок было возложено на одного из младших помощников делопроизводителя и ему в помощь выделялись вольнонаемные писцы.
Только за 1903 год столом находок было рассмотрено 9604 поступивших заявлений. Так, например:
заявлений о розыске утерянных денег и вещей ...1651;
заявлений о розыске денег и вещей, оставленных на извозчиках ...54;
заявлений о розыске украденных лошадей ...23;
заявлений на ушедших лошадей ...52;
заявлений на ушедший другой скот ...22;
Общее число поступивших находок ...1797.
Возвращено находок владельцам ...407.
Количество найденных денег и ценных бумаг ...53837, из них в доход казны ...1226.
Общее число поступивших явочных прошений о розыске ...1954 и т.д.36.
В 1900 году по указанию генерал-губернатора Клейгельса сыскная полиция предприняла целый ряд мероприятий по усилению порядка и спокойствия в столице. С этой целью, для более тщательного и точного контроля над преступным и подозрительным элементом, был расширен справочный отдел и введен новый по мелким нарушениям37.
В новом отделе (стол привода) были сосредоточены справки о всех лицах, приговоренных судом к наказаниям за нарушение порядка, тишины и спокойствия в столице. Благодаря собранным по этому отделу данным, представилась возможность к удалению из столицы большого числа лиц, опасных для общества.
С этой же целью были приняты меры к прекращению сборищ праздного люда на улицах и преследованию виновных в начинающем входить в обычай противозаконном ношении финских ножей и другого вида оружия. Лица, которые понесли наказание за противозаконное ношение оружия, подлежали регистрации.
За период существования стола привода в нем было собрано огромное количество сведений о судимости. Обогащаясь с течением времени все новыми и новыми данными, стол привода в то же время расширял и круг своей деятельности. Он охватывал различные стороны общественной жизни и таким образом ограждал простых обывателей от преступного элемента, который для достижения своих преступных целей под разными предлогами мог войти к ним в доверие. Здесь имеется в виду проверка домашней прислуги, извозчиков, кучеров, дворников, служащих в увеселительных, торговых и т.п. заведениях, которым в силу их положения, так или иначе приходилось вверять не только свое имущество, но и жизнь.
Таким назначением стола привода и определялись главные обязанности его. На него были возложены:
1) Собирание и хранение сведений:
а) о лицах, ранее судимых;
6} о лицах, замеченных в предосудительном поведении, подвергавшимся различным административным взысканиям;

в) о лицах, разыскиваемых по обвинению в различных преступлениях;
г) о лицах, удаляемых из столицы с запрещением в ней проживать;
д) о лицах, высылаемых из пределов России.
2) Сообщение имеющихся сведений о судимости известного лица по требованию судебных и административных властей.
3) Регистрация лиц, задерживаемых за различные преступления и проступки в Петербурге и в других местностях. Обязательная проверка их на предмет судимости и соответствующее распределение по категориям.
4) Контроль за лицами, высланными из столицы и самовольно возвращающимися38.
Собранные столом привода сведения вносились на листки, имеющих различный цвет и форму. Все листки размещались на металлических дугах в алфавитном порядке и по сословиям.
В начале каждой фамилии при одинаковых именах находились листки на лиц привилегированного сословия. За ними следовали мещане, затем ремесленники, питомцы воспитательных домов, иностранные подданные, ссыльнокаторжные, бродяги, крестьяне и т.д. Листки на лиц женского пола лежали после листков на лиц мужского пола, и так же в указанном порядке.
Листки в столе приводов разделялись на следующие категории:
1. Листки о судимости.
Они имели белый цвет и на них, в соответствующих главах, вносились фамилия, имя, отчество и звание лица, отбывшего по
приговору суда тюремное наказание, а также сведения, к какому наказанию оно приговорено, каким судом и на какой срок. В этом же листке отмечалось также прозвище или кличка судившегося лица, род его занятий, родственники и особые приметы.
2. Листки розыскные. Они были различных цветов, в зависимости от сведений, содержащихся в них, и делились на следующие категории:
а) Листки о розыске и задержании лиц по требованию судебных и административных властей и обвиняемых в различных преступлениях.
Данные листки были желтого и лилового цветов и в них вносились следующие сведения:
- фамилия, имя, отчество;
- звание разыскиваемого лица;
- время и номер приказа, в котором объявлено распоряжение о розыске.
б) Листки о розыске и задержании дезертиров.
Они были красного цвета и в них, кроме фамилии, имени и отчества разыскиваемого лица, подробно указывалось и его служебное положение.
в) Листки на лиц, скрывавшихся с места своего жительства и оставивших там свои паспорта. В них заносились только звания, имя, отчество и фамилия скрывшегося лица и они имели желтый цвет.
Целью составления этих листков было то, что при обнаружении документов, их вручали по принадлежности.
3. Листки о высылке из столицы и запрещении проживания.
На таких листках красного цвета сверху помещался год, в котором объявлено распоряжение о высылке и запрещении проживать в Санкт-Петербурге.
В соответствующих графах отмечалось:
- время и номер приказа;
- на какой срок воспрещен въезд в столицу или на какой срок лицо выслано из столицы;
- фамилия, имя, отчество;
- звание.
4. Листки на лиц, замеченных в неодобрительном поведении и привлекавшихся по статьям 31. 38. 42 Устава о наказаниях. На данных листках отмечались следующие сведения:
- род занятий приговоренного;
- фамилия и звание;
- место жительства;
- за что и каким мировым судьею привлекался к ответственности;
- к какому сроку приговорен. Эти листки имели белый цвет.
5. Листки на лиц, задерживаемых за беспорядки на улицах. В эти листки, также белого цвета, вносились сведения:
- подробное звание задерживаемого;
- прозвище или кличка;
- фамилия, имя, отчество;
- род занятий;
- год рождения;
- место жительства;
- место задержания;
- размер наказания.
6. Листки на лиц, привлекавшихся к ответственности по постановлению от 8 мая 1901 года за ношение ножей, кастетов и другого оружия.
Эти листки белого цвета по форме заполнения были одинаковыми с листками на лиц, замеченных в неодобрительном поведении. Разница заключалась лишь в том, что в них отмечался род изъятого оружия.
7. Листки на лиц, содержавшихся в доме предварительного заключения по различным причинам.
В эти листки синего цвета вносилось имя, отчество, фамилия и звание лица, находившегося под стражей в доме предварительного заключения. В нем отражались сведения о том, по чьему распоряжению и за что именно содержалось данное лицо, а также куда и когда оно направлено.
Все эти сведения имели важное значение для сыскной полиции в случае задержания лица за однородное с прежним преступление.
8. Листки на лиц, освобождаемых по распоряжению градоначальника от должностей дворников, швейцаров, сторожей и т.п.. а также лиц, которым запрещено заниматься извозом и другим промыслом. В них указывалось имя, отчество, фамилия, звание и должность лица, в отношении которого последовало распоряжение об отстранении от должности или род промысла, которым воспрещалось заниматься. Внизу листка указывался номер и время распоряжения. Цвет листка - фасный.
9. Листки на лиц, содержащихся в тюрьме.
Они были серого цвета и находились на особых дугах. Их называли еще - листки "тюремные". По этим листкам можно было узнать, где в данное время находится интересуемое лицо, приговоренное судом к наказанию за совершенное им преступление и какое распоряжение по отношению к нему будет сделано по окончании срока наказания. Указывался также срок, с какого времени осуждено лицо и за что.
10. Розыскные листки полицейских надзирателей и агентов.
Эти листки белого цвета заключали в себе имя, отчество, фамилию, звание разыскиваемого лица, а также указание, в связи с чем, по какому делу и кем оно разыскивается. При доставлении такого лица в стол привода, его передавали тому надзирателю или агенту, у которого находится в производстве дело.
11. Розыскные листки, доставляемые участковыми приставами.
Эти листки желтого цвета имели то же назначение, что и листки, составляемые полицейскими надзирателями или агентами.
12. Секретные листки охранного отделения.
Они имели зеленый цвет. В одних листках отражался запрет политически неблагонадежным лицам проживать в определенной местности или сведения о высылке в определенное место, в других - подчинение надзору гласному, негласному и особому.
Некоторыми из этих листков объявлялся розыск лиц и запрет на въезд в Россию неблагонадежным в политическом смысле иностранцам.
Все перечисленные листки преимущественно составлялись в столе привода, за исключением листков о розыске и задержании лиц по требованию судебных и административных властей, секретных листков, которые изготовлялись в типографии градоначальства и доставлялись в сыскное отделение в отпечатанном виде. Розыскные листки, доставляемые участковыми приставами и полицейскими надзирателями, составлялись непосредственно ими39.
Деятельность стола привода, главным образом, была сосредоточена на лицах, доставляемых из полицейских участков и других Петербургских административных и судебных учреждений, а также иногородних учреждений.
Занимая положение центра, куда стекались все задержанные, в столе привода каждый агент сыскного отделения мог знакомится с преступными элементами разных категорий. Здесь можно было увидеть убийцу, грабителя, вора-домушника, вора-карманника, ловкого афериста, профессионального нищего, проститутку, вместе с ее неизменным спутником - сутенером и т.д.
Агенты сыскного отделения могли войти с ними в контакт с целью получения интересующих сведений или по роду преступления, за которое задержано лицо, составить себе понятие о такой личности, получить сведения о их взглядах на их своеобразную профессию, изучить их язык и традиции.
Большинство лиц присылалось в стол привода из полицейских участков, задержанных как наружной полицией, так и непосредственно самим сыскным отделением "... за различные уголовные преступления и проступки, нищенство, по сомнению в принадлежности вещи, за самовольное прибытие в столицу, безписьменность, праздношатательство и неимение определенных занятий, по сомнению в личности и т.п."40.
Нередко, для наведения справок о судимости и удостоверения звания, присылала задержанных за уголовное преступление и проступки уездная полиция.
Кроме того, в стол привода доставлялись:
1) Из полицейских домов лица, у которых закончился срок по судебным приговорам за нищенство, уголовные преступления и поступки, а также большая часть приговоренных по суду к тюремному заключению на различные сроки, ожидающие вступление приговора в законную силу, направляемые для отбытия наказания в одиночную тюрьму.
2) Из дома предварительного заключения:
а) лица без паспорта, дела которых прекращены судом или следственной частью;
б) отбывшие там срок наказания по суду;
в) подлежащие надзору вместо содержания под стражей, по делам предварительного следствия;
г) бродяги, личность которых установлена и которые подлежат "водворению в общество";
д) осужденные к аресту при полиции и за не вступлением приговоров в силу, направляемые в распоряжение сыскной полиции.
3) Из С.-Петербургской пересыльной тюрьмы доставлялись лица, прибывшие с этапом от различных иногородних судебных и административных учреждениях для удостоверения званий и справок о судимости.
4) Из городского арестантского дома, отбывшие в нем наказание по суду за самовольное прибытие в столицу и за другие различные уголовные проступки и по окончании ареста не освобождавшиеся по каким-либо причинам (например, по подозрению в совершении других преступлений).
5) Из С-Петербургской одиночной тюрьмы - лица, по окончании срока заключения и почему-либо затребованные сыскным отделением, а также лица, дела которых переданы в совещательное при С-Петербургском градоначальнике присутствие, но не были рассмотрены во время рассмотрения содержания их в тюрьме.
6) По аналогичным преступлениям, доставляемые в сыскное отделение из женской тюрьмы, находившихся при исправительном арестантском отделении, женщины, отбывающие там наказание по суду за различные уголовные преступления41.
Все лица, доставляемые в стол привода, записывались в специально установленные для этой цели книги, куда вносилось время доставления, имя, отчество, фамилия, а также звание или место приписки. В том случае, когда доставленное в стол привода лицо находилось в розыске, давалось указание о прекращении его.
Помимо наведения справок о лицах, доставленных непосредственно в стол привода, наводились справки и по письменным запросам различных административных и судебных учреждений. Такие запросы поступали из канцелярии градоначальника, охранного отделения, полицейского резерва, участковых приставов, прокурора окружного суда, судебных следователей и от различных иногородних административных и судебных учреждений, а также и от заграничных полицейских властей.
Стол привода находился под непосредственным наблюдением помощника начальника сыскного отделения, а заведовал им один из полицейских надзирателей.
В зависимости от степени загруженности, в помощь полицейскому надзирателю выделялось необходимое количество писарей или агентов.
Только за 1903 год деятельность стола привода выразилась в следующих цифрах:
- было доставлено в стол привода по разным причинам ...57057;
- наведено справок о судимости как по запросам, так и на лиц, доставленных в стол привода ...107838.
Помещено на дуги листов:
а) розыскных ...7293;
б) о воспрещении жительства ...3700;;
в) о судившихся по 38 и 42 ст. Уст. о наказ. ...12052;
г) за ношение ножей и другого оружия ...458;
д) секретных ...696;
е) тюремных ...5654;
ж) о судимости ...3584;
з) на лиц, задержанных за безобразия на улицах ...238; Всего: 33675.
Прекращено розысков:
а) о задержании и местожительства ...2539;
б) секретных ...1071;

Всего ...361042.
29 октября 1902 года при сыскной полиции был организован стол о дворниках и швейцарах43. Он находился в помещении стола привода и действовал на основании утвержденных градоначальником правил регистрации и контроля дворников, швейцаров и сторожей.
Назначение этого стола заключалось в учете дворников, швейцаров и сторожей, служащих в черте С-Петербургской городской полиции и сосредоточении следующих сведений:
- о нравственности и служебных качествах;
- о налагаемых за различные нарушения взысканиях;
- об отстранении лиц, не соответствующих своему назначению;
- о замеченных в грубом обращении и неисполнении или нерадивом исполнении служебных обязанностей.
Главной целью этого стола являлось недопущение на должности дворников, швейцаров и сторожей, которые являлись хранителями личной и имущественной безопасности жителей города, а также ближайшими помощниками полиции - лиц порочных. Стол о дворниках находился под наблюдением заведующего столом привода. В столе о дворниках хранились на девяти дугах, в строгом алфавитном порядке фамилии, имена, отчества и звания до 30000 листов на служащих в С-Петербурге дворников, швейцаров и сторожей.
Имеющиеся листки заключали в себя следующие сведения:
- полицейский участок;
- название улицы и занимаемой должности;
- номер дома;
- фамилию, имя , отчество и звание служащего лица;
- размер получаемого содержания;
- в чем и когда обвинялся;
- размер наложенного взыскания;
- награды и аттестация местного пристава.
Листки в двух экземплярах доставлялись приставами на каждого вновь поступившего в район дворника, швейцара и сторожа или перешедшего с одного места на другое, причем, сообщались тщательно собранные ранее участковой полицией сведения о желающем занять ту или иную должность.
При поступлении листков в стол о дворниках, указанные в них лица проверялись по имеющимся в столе привода листкам о судимости и обнаруженные в них сведения сообщались местному приставу. Если сведения характеризовали лицо с отрицательной стороны, то местный пристав, в силу существовавших правил, объявлял о них под расписку по месту службы дворника, швейцара или сторожа домовую администрацию. О времени объявления сообщалось непосредственно в стол о дворниках.
В большинстве случаев домовладельцы или управляющие, сознавая всю важность возлагаемых на дворников, швейцаров и сторожей обязанностей, увольняли неблагонадежных лиц, но бывало, что несмотря на полученные сведения, оставляли у себя на службе такое лицо и тогда пристав немедленно уведомлял об этом стол о дворниках. В этом случае, ответственность за возможные последствия возлагались непосредственно на управляющего или домовладельца, которые не приняли своевременно соответствующих мер.
При получении столом о дворниках на одно лицо нескольких листков (например: при перемещении с одного места на другое), на дугах оставался последний, на который вносились все предыдущие данные, а прежние листки хранились отдельно в течении года для справок.
Все взыскания, налагаемые на дворников, швейцаров и сторожей, объявлялись в приказе по полиции и заносились в стол о дворниках на соответствующие листки. При получении административного взыскания в третий раз, данное лицо увольняли с занимаемой должности. При более серьезных нарушениях виновные подвергались отстранению от должности по распоряжению градоначальника. В отношении этих лиц делался приказ по полиции и рассылались особые розыскные листки в стол привода, с указанием подробного звания удаленного, его фамилии, имени и отчества, времени и номера приказав, где распоряжение объявлено и должности, которую он занимал.
Уволенные от должности нередко обращались с прошениями к градоначальнику о разрешении им вновь поступить на службу. Местная полиция собирала сведения о просителе и вместе с прошением представляла градоначальнику и смотря по тому, заслуживала ли просьба удовлетворения, делалось соответствующее распоряжение, которое и объявлялось просителю. Ежедневно в стол о дворниках поступало на дворников, швейцаров и сторожей от 100 до 200 листков прибытия и от 60 до 100 листков убытия.
Благодаря деятельности данного стола в структуре сыскной полиции, резко сократилось количество преступлений совершенных прислугой в домах граждан, а в лице дворников, сторожей и швейцаров, полиция имела надежных помощников. Для них даже разрабатывались специальные полицейские инструкции, регламентирующие их обязанности в данном вопросе44.
В 1900 году, по распоряжению С-Петербургского градоначальника генерал-лейтенанта Н.В.Клейгельса, был создан музей С-Петербургской столичной полиции. Создание музея было поручено начальнику полицейского резерва ротмистру В.Ф.Галле.
Экспонаты размещались в шкафах и витринах по отделам: извозного промысла, пожарный, форм одежды, обмундирования, вооружения и снаряжения чинов полиции, видов С-Петербурга и т.д.45. Немалое место в музее занимал уголовный отдел, экспонаты которого в основном пополнялись из сыскной полиции.
В нем хранились:
- руководства, пособия, различные приспособления по антропометрии и фотографии;
- различные орудия преступлений (ножи, кинжалы, трости, палки, револьверы, кастеты и т.д.) с кратким описанием событий преступлений;
- шкаф с различными вещественными доказательствами;
- предметы, отобранные от арестантов С-Петербургской пересыльной тюрьмы (пилки для распиливания кандалов, чайник с двойным дном, ножи, карты, маленькая медная пушка и т.д.);
- шкаф с фотографиями гадалок, приспособление для передачи писем арестованным, различные поддельные штампы, печати, пломбы и т.д.;
- витрина с фальшивыми кредитными билетами;
- витрины с большим количеством фальшивых монет;
- щит с предметами, отобранными у различных лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности (кистень, лом, ножи, пистолеты, отмычки, "фомки");
- фотографии, рисунки и статуэтки различных преступников и т.д.46.
Кроме своего исторического значения, музей С-Петербургской столичной полиции служил еще и ценным пособием при подготовке сотрудников сыскной полиции и общей полиции.
С учреждением в С-Петербурге сыскного отделения, как полицейского органа, занимающегося раскрытием преступлений, предупреждения и пресечения их и вообще розыскной работой, при ней была организована и канцелярия. Круг деятельности канцелярии сыскного отделения, как и вообще всякой канцелярии, определялся обязанностями - общими и специальными, в зависимости от предмета деятельности. Так, в обязанности канцелярии сыскного отделения входило ведение журнала входящих и исходящих бумаг, контроль за распределяемыми начальником сыскного отделения материалами между сотрудниками, переписка с административными и судебными учреждениями по запросам специального характера, составление по текущим делам докладов, подбор документов, подшивка дел и составление к ним описи.
Указанным перечнем канцелярских работ деятельность канцелярии не ограничивалась. В тех случаях, когда требовался розыск и задержание какого-либо лица, составлялись приказы о розыске, которые печатались в приложении к газете "Ведомости С-Петербургского Градоначальства", если же разыскивалось только место жительства, то составлялись в двух экземплярах розыскные листки, из которых один отсылался в адресный стол, а другой в стол привода. В экстренных случаях составлялись и рассылались телеграммы.
Точно такие же составлялись и печатались приказы о розыске вещей и кроме того, составлялись циркулярные объявления, которые рассылались в те места, где возможен был сбыт.
Эта мера, несмотря на свой канцелярский характер, благодаря правильно организованному при сыскном отделении справочному столу, оказало большое подспорье в деле розыска. В случаях обнаружения разыскиваемого лица или вещи делалось соответствующее распоряжение о прекращении розыска и эта обязанность также лежала на канцелярии. Кроме того, на канцелярию было возложено ведение счетной части прихода и расхода денежных сумм, отпускаемых на содержание сыскного отделения.
С каждым годом деятельность канцелярии сыскного отделения расширялась и усовершенствовалась, так, например, была заведена переписка на иностранных языках с властями других государств.
Канцелярией заведовал делопроизводитель, старший и младший его помощники. По штату полагалось двое младших помощников, но один из них возглавлял стол находок. Архивом заведовал архивариус, в помощь которому выделялось необходимое количество вольнонаемных писцов.
Деятельность канцелярии сыскной полиции за 1903 год выразилась в следующих цифровых данных:
1) поступило бумаг ...36434;
2) направлено исходящей переписки ...35443;
3) направлено телеграмм ...1178;
4) заведено дел ...5290;
5) составлено по ним листков и положено на дуги ...11279;
6) заведено нарядов ...76;
7) приказов о розыске лиц, обвиняемых в разного рода преступлениях, похищенных и утраченных вещей отдано ...1436847.
Значение канцелярской работы в деятельности сыскной полиции отмечали и видные юристы того времени. Так, И.Снигирев писал: "Признавая в живом полицейском деле главною задачею непосредственно служение полиции обществу путем преследования и предупреждения несчастий и правонарушений, мы не можем отвергать неизбежной необходимости для всякой полицейской организации и канцелярской службы в ней, как тоже необходимой для самого общества, при теперешнем устройстве каждого государственного гражданского управления"48.
Как мы видим, деятельность всех подразделений сыскной полиции Санкт-Петербурга была направлена на борьбу с уголовной преступностью. Следует отметить успехи сыскной полиции в создании различных учетов, способствующих розыску преступников. Однако, успешному развитию учетов мешала неравномерность развития полицейских учреждений России.
Нельзя было сравнивать регистрацию в Санкт-Петербурге с регистрацией в каком-нибудь губернском городе. Несмотря на эти трудности, российская сыскная полиция, опираясь на опыт Санкт-Петербурга, успешно вводила и развивала учеты и совершенствовала свою деятельность. Не случайно, после февральской революции при разгроме сыскных отделений, уголовники в первую очередь старались уничтожить материалы регистрационных бюро49.
Создание в 1866 году в Санкт-Петербурге первого сыскного отделения явилось важной вехой в истории сыскных учреждений. Вслед за Петербургом сыскные отделения начинают создаваться в полицейских органах других крупных городов - Москвы, Киева, Риги, Одессы, Тифлиса, Баку и т.д., а с принятием закона "Об организации сыскной части" 6 июня 1908 года, создается и общегосударственная система уголовного сыска в России.
 

Примечания

 

1 Лысенко В.В., Сальников В.П., Сизиков М.И., Филипова С.В. Нравственно-правовые проблемы деятельности полиции дореволюционной России. СПб., 1996. С.47.
2 Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб., 1903. С.286.

3 Тамже.С.147.
4 Мулукаев Р.С. Полиция в России (XIX в. - нач. XX в.). Нижний Новгород, 1993. С.42.
5 Свод законов Российской империи. 2-е издание. СПб., 1913. T.2. С.758.

6 См.: Преступления, раскрытые начальником С-Петербургской сыскной полиции И.Д. Путилиным. СПб., 1908. С.5-12.
7 См.: Всеподданнейший отчет о деятельности С.-Петербургской городской полиции за 1867 год. СПб.,1868. С.26.
8 См.: Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма, Омск, 1973. С.8.

9 См.: Снигирев И. Безопасность и полиция. Витебск, 1912. С.526.

10 См.; Курицын В.М. Буржуазные реформы государственного аппарата и развитие права в России в 60-е годы XIX века. М., 1992. С..25.
11 Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб.,1903. С.192.

12 Инструкция околоточным надзирателям С-Петербургской столичной полиции. СПб. 1900. С.110.
13 Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб., 1903. С.192.

14 См.: Отчего деятельности сыскного отделения Киевской городской полиции за 1907 год. Киев, 1907. С.21.

15 Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб., 1903. С.193.
16 Шеварнадзе С.З. Мысли старого служаки. Тифлис, 1910. С.62.

17 См.: Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб., 1903. С.193-195.

18 Там же. С. 195-196.

19 См.: Отчет о деятельности С.-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.2.

20 См.: Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.6.

21 См.: Сизиков М.И., Борисов А.В., Скрипилев А.Е. История полиции России (1718-1917 гг.). Вып.2. М., 1992. С.49.

22 См.: Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма. Омск, 1973. С.19.
23 См.: Советская криминология. М., 1966. С.59-62.

24 См.: Сизиков М.И., Борисов А.В., Скрипилев А.Е. История полиции России (1718-1917 гг.). Вып.2. М., 1992. С.50.
25 Там же.С.50.

26 См.: Отчет о деятельности Санкт-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.12.

27 См.: Фром В. Новейшие методы антропометрической фотографии для полицейских целей по системе А.Бертильона. Одесса, 1906. С.77-79.

28 См.: Отчет о деятельности С.-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.13.

29 Там же. С.13.

30 См.: Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма. Омск, 1973. С.20-21.

31 См.: Розыскной альбом. СПб., 1913. Сб.
32 Там же. С.8.

33 См.: Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.17.

34 Там же.С.18.

35 Там же. С.18.

36 Тамжв.С.19.
37 См.: Высоцкий И.П. С-Петербургсхая столичная полиция и градоначальство. СПб., 1903. С.288.

38 См.: Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.7-8.
39 Там же.С.8-10.

40 Там же. С.10.

41 Там же. С.10.

42 См.: Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.11.
43 См.: Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство. СПб., 1903. С.289.

44 См.: Справочная книжка для управляющих домами, старших дворников и швейцаров (г. С-Петербурга). Руководство при исполнении ими полицейских обязанностей. СПб., 1896.

45 См.: Каталог музея С-Петербургской столичной полиции. СПб., 1903. С.1-2.
46 См.: Каталог музея С-Петербургской столичной полиции. СПб., 1903. С.19-44.

47 См.: Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904. С.21.

48 Снигирев И. Безопасность и полиция. Витебск, 1912. С.521.
49 См.: Сизиков М.И., Борисов А.В., Скрипилев А.Е. История полиции России (1718-1917 гг.).М., 1992. Вып.2. С.51.

 

Заключение

 

На ранних этапах развития государства еще не было органов, которые выполняли чисто полицейские обязанности. По мере развития государства и усложнения общих задач управления обществом, полицейская функция начинает выделяться.
В эпоху абсолютизма в России появляются органы занимающиеся преимущественно полицейской деятельностью. До этого, их работу выполняли военные и судебные органы.
Усиливается элемент специализации и централизации. Если в Европе полиция была по своим функциям нераздельна, то в России возникает как бы некое деление: появляются органы общей полиции и политической. Процесс специализации органов полиции в России, находит свое завершение лишь во второй половине XIX века, когда в Санкт-Петербурге создается первое сыскное учреждение, суд отделяется от административно-исполнительной деятельности и происходит максимальная централизация органов полиции.
Развитие уголовного сыска в данный период, явилось закономерным результатом эволюции развития полицейского аппарата в России. Необходимость создания сыска потребовала поиска наиболее совершенной системы и принципов строения, была создана система общего государственного сыска. По всей стране открывались сыскные отделения в составе общей полиции. Однако, наиболее удачные проекты организации уголовного сыска, основанные на образцах Западной Европы, в России приняты не были.
Сыскная полиция создавалась по децентрализованной системе, при которой чины полиции могли действовать только на территории наиболее крупных городов российской империи. Город оставался основным звеном в борьбе с уголовной преступностью.

Наиболее слабым звеном в системе полицейских органов была сельская полиция. Только реформы 60-х-70-х годов XIX века внесли совершенствования в ее организационную структуру.
Децентрализованная система сыска снижала контроль за деятельностью местных начальников полиции, и замедлила развитие сыска в России. Для успешной борьбы с растущей преступностью необходима была централизация уголовного сыска и введение единой системы управления.
Качество работы сыскных отделений прямо зависело от уровня профессиональной подготовки, морально-нравственных и других индивидуальных качеств сотрудников сыскной полиции. Особое внимание уделялось выбору руководителей сыскных подразделений. Чтобы привлечь на службу наиболее квалифицированных чиновников, начальники сыскных подразделений были поставлены по своему служебному положению выше полицейских приставов. Однако, желающих занять эту должность было очень мало. В 1873 году вводится принцип вольного найма рядовых и низших чинов полиции. Тем самым решался вопрос о стабильности полицейских кадров и их благонадежности. Данное положение распространялось и на чинов сыскных отделений.
Общеобразовательная подготовка чинов сыскных отделений оставляла желать лучшего. Большинство низших чинов не имело даже начального образования. В дореволюционной России не существовало единой управляемой из МВД системы подготовки полицейских кадров. Для нормального функционирования сыскного аппарата требовался качественно новый кадровый состав, который мог профессионально владеть приемами и методами розыскной работы. Для этой цели создаются специальные курсы и школы. Конечно, обучение способствовало повышению квалификации определенной части сотрудников уголовного сыска. Однако оно не решало проблемы в целом.
В России закладываются и научные основы по организации раскрытия преступлений, где используется собственный и иностранный опыт борьбы с уголовной преступностью. Вводятся в практику и в дальнейшем совершенствуются различные учеты, которые способствуют раскрытию преступлений. Слабое финансирование не способствовало внедрению новых научных методов раскрытия преступлений. Правительство уделяло большое внимание развитию политической полиции и "...только сыскное отделение влачит свое жалкое существование в продолжении многих лет1.
В своей работе уголовный сыск должен был взаимодействовать с наружной полицией, но на практике это не всегда выглядело так. Чины сыскных отделений не имели четких и закрепленных за каждым функций. Смешание функций сыскной и общей полиции сказывалось на качестве розыскной работы.
В период первой мировой войны Департамент полиции позаботился о создании кадрового резерва и изменил порядок комплектования штатов. Значительно были улучшены условия службы. Однако мероприятия по усовершенствованию уголовного сыска оказались в большинстве безрезультатными в период обострения общего кризиса политической системы России. В этих условиях уголовный сыск выступает как ближайший резерв сыска политического2. Сыскная полиция, занимая одно из мест в карательном механизме самодержавного государства, действовала в тесном контакте с судом, прокуратурой и армией.
Несмотря на недостатки в организации и деятельности уголовного сыска, среди сотрудников было не мало настоящих специалистов своего дела, истинных профессионалов-сыщиков, превосходно знающих преступный мир дореволюционной России. Некоторые из них, после революции 1917 года, вернулись на службу в уголовный розыск и своей активной деятельностью способствовали становлению и развитию нового аппарата борьбы с преступностью.
Хотя в юридическом словаре слово "сыск" определяется как устаревшее, сам сыск не стареет. Пока существует государство, существует и сыск.

 

Список литературы
1. Законодательные и другие официально документальные материалы
 

1.1. Большая Советская Энциклопедия.
1.2. Всеподданнейший отчет о деятельности Санкт-Петербургской городской полиции за 1867 год. СПб., 1868.
1.3. Государственный строй и политико-правовые идеи России во второй половине XIX столетия. Воронеж, 1987.
1.4. Законопроект о преобразовании полиции в Империи. Приложение 5-е. СПб., 1913.
1.5. Инструкция чинам сыскных отделений. СПб., 1910.
1.6. Инструкция околоточным надзирателям Санкт-Петербургской столичной полиции. СПб., 1900.
1.7. Инструкция по организации наружного наблюдения. СПб., 1908.
1.8. Каталог музея С-Петербургской столичной полиции. СПб., 1903.
1.9. Комиссия о преобразовании губернских и уездных учреждений. Материалы. Отдел административный. СПб., 1870.
1.10. Краткий очерк деятельности МВД за двадцатипятилетие. 1855-1880. СПб., 1880.
1.11. Курс лекций Школы урядников полицейской стражи Минской губернии. Минск, 1914.
1.12. Материалы для пересмотра законоположений о порядке производства предварительного следствия. СПб., 1882.

1.13. Наказ Ее Императорского Величества Екатерины II Самодержцы Всероссийской, данный комиссии о составлении проекта нового Уложения. СПб., 1810.
1.14. Обзор истории русского права. СПб., 1907.
1.15. Общий обзор деятельности Министерства внутренних дел за время царствования императора Александра III. СПб., 1901.
1.16. Обозрение настоящего состояния и деятельности С-Петербургской полиции. СПб., 1883.
1.17. Осьмнадцатый век: исторический сборник. М., 1869.
1.18. Отчет о деятельности сыскного отделения Киевской городской полиции за 1906 год. Киев, 1907.
1.19. Отчет члена Государственного совета и сенатора Ковалевского по ревизии губерний Казанской, Уфимской, Оренбургской. СПб., 1881.
1.20. Отчет о школе Виленской стражи. Вильна. 1904.
1.21. Отчет о деятельности полицейских собак питомника Харьковского сыскного отделения за 1911 год. Харьков, 1912.
1.22. Отчет о деятельности С-Петербургской сыскной полиции за 1903 год. СПб., 1904.
1.23. Отчет министра внутренних дел за 1803 год. М., 1804.
1.24. Основы полицейской службы. СПб., 1905.
1.25. Памятники русского права. Вып. VI. М., 1957.
1.26. Полное собрание законов Российской империи. М., 1985.
1.27. Полный свод законов Российской Империи. СПб., 1830.
1.28. Положение о порядке производства дел исполнительных С-Петербургской полицией. СПб., 1838.
1.29. Проект учреждения земской полиции. СПб., 1845.
1.30. Приказы С-Петербургского обер-полицмейстера по С-Петербургской полиции. СПб., 1841.
1.31. Резерв С-Петербургской столичной полиции. Специальная школа для чинов полиции и музей столичной полиции. СПб., 1901.
1.32. Российское законодательство X - XX веков. Акты Земских Соборов. М., 1985.
1.33. Романовский М.Р. О состоянии и деятельности полицейских органов и отношениях их к волостям и земству. Записки и отчет. СПб., 1871.
1.34. Розыскной альбом. СПб., 1913.
1.35. Руководство для урядников, полицейских стражников и сельской полиции. СПб., 1911.
1.36. Свод законов Российской империи. 2-е изд. СПб., 1913.
1.37. Словарь современного русского литературного языка. М.-Л., 1961.
1.38. Советская историческая энциклопедия. Т.5. М., 1964.
1.39. Справочная книга для полицейских урядников. СПб., 1879.
1.40. Статистические сведения о С-Петербургском питомнике полицейских собак столичной полиции. СПб., 1915.
1.41. Судебные уставы 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на коих они основаны. 4.2. СПб., 1867.
1.42. Справка об органах уголовного сыска по законопроекту о преобразовании полиции. К совещанию по вопросам уголовного сыска при Департаменте полиции 26 июня 1913 года. СПб., 1913.
1.43. Уголовное уложение. Высочайше утвержденное 22 марта 1903 года. СПб., 1903.
1.44. Узаконения, изданные в пояснение и дополнение к судебным уставам 20 ноября 1864 года. СПб., 1888.
1.45. Уложение 1649 года - кодекс феодального права России. Л., 1980.
1.46. Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1911.
1.47. Учебник истории русского права периода империи. СПб., 1909.
1.48. Учебник уголовного права. СПб., 1865.
1.49. Учреждение Министерства полиции. 4.1-2. СПб., 1811.
1.50. Учреждение Санкт-Петербургской городской полиции. СПб., 1836.
1.51. Школа филеров. СПб., 1917.
1.52. Этимологический словарь русского языка. М., 1971.

 

2. Архивные материалы.

 

2.1.РГИА. Ф. 1405. Оп. 56. Д.329. (1858).

2.2.РГИА. Ф. 1291. Оп.123. Д.33. (1858).

2.3.РГИА. Ф. 1286. Оп. 19. Д.379. (1859).

2.4.РГИА Ф. 1405. Оп. 63. Д.109. (1865).

2.5.РГИА. Ф. 1286. Оп. 30. Д.62. (1869).

2.6.РГИА. Ф. 1286. Оп.40. Д.60. (1879).

2.7.РГИА. Ф. 1286. Оп.2. Д.395. (1911).

 

3. Монографии.

 

3.1.Абрамович Н.Я. Революционное подполье и охранное отделение. М., 1917.
3.2.Андреевский И.Е. Полицейское право. Т.1. СПб., 1874.

3.3.Андрианов Н. Министерство внутренних дел. СПб., 1902.

3.4 Анучин Е. Исторический обзор развития административно-полицейских учреждений в России с учреждения о губерниях 1775 г. до последнего времени. СПб., 1872.

3.5.Базилевский В. К. Государственные преступления в России в XIX веке. Т.1. СПб., 1905.
3.б.Баранов В.М., Кронский B.C., Сальников В.П. Социальная справедливость и истинность советского права как ценные ориентиры деятельности органов внутренних дел. Л.: ЛВПУ МВД СССР. 1989.
3.7.Богучарский В.Я. Из истории политической борьбы в 70-х и 80-х годах XIX века. М., 1912.
3.8.Бразоль Б.Л. Очерки по следственной части. История Практика. СПб., 1916.
3.9.Веретенников В.И. История Тайной канцелярии петровского времени. Харьков, 1910.
3.10.Веретенников В.И. Из истории Тайной канцелярии 1713-1762 гг. Харьков, 1911.
3.11.Веселовский С.В. Дьяки и подъячии XV - XVII вв. М., 1975.
3.12.Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. СПб., 1907.
3.13.Возный А.Ф. Полицейский сыск и кружок петрашевцев. Киев, 1976.

3.14.Воскресенский Н.А. Законодательные акты Петра I. М., 1945.
3.15.Воробейкова Т.У., Дубровина А.Б. Преобразование административно-полицейского аппарата, суда и тюремной системы России во второй половине XIX в. Киев, 1973.

3.16.Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство (1703-1903 гг.). СПб., 1903.

3.17.Гернет М.Н. История царской тюрьмы. Т.1-5. М.,1961.

3.18.Гисси С.А., Соколовский Д.А. Дознание, его цели и способы производства. Казань, 1878.
3.19.Глинский Б.Б. Отдельные эпизоды агентурной деятельности Департамента полиции в 80-е годы. СПб., 1912.

3.20.Голикова Н.Б. Политические процессы при Петре I. M., 1957.
3.21.Голикова Н.Б. Органы политического сыска и их развитие в XVI - XVII вв. // Абсолютизм в России: Сб. Статей. М., 1964.
3.22.Гольцев В.А. Законодательство и нравы в России XVII в. СПб., 1896.
3.23.Горсей Дж. Записки о России XVI - начало XVII в. М., 1990.
3.24.Голубев А.А. Сыскной приказ. Общественный быт и судопроизводство. М., 1884.
3.25.Гревцов Ю.И. Правовые отношения и осуществление права. Л., 1987.
3.26.Гуров А.И. Профессиональная преступность. Прошлое и современность. М., 1990.
3.27.Давыдов В. И. Инструкция чинам полиции окружной Харьковской Судебной палаты по обнаружению и исследованию преступлений. Харьков, 1898.

3.28.Дерюжинский В.Ф. Полицейское право: Пособие для студентов. Изд. 2-е. СПб., 1908.

3.29.Джунковский В.Ф. Воспоминания. СПб., 1912.

3.30.Долопчаев В.И. Участие полиции в производстве уголовных дел. Варшава, 1903.
3.31.Евреинов Н.Н. История телесных наказаний в России. СПб., 1913.
3.32.Ерошкин Н.П. Крепостническое самодержавие и его политические институты. М., 1981.
3.3.Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983.
3.34.Есипов Г.В. Из дел Преображенского приказа и Тайной розыскных дел канцелярии. СПб., 1861.

3.35.Есипов Г.В. Ванька Каин. Издание подлинных бумаг Сыскного приказа. Осьмнадцатый век. Исторический сборник. Вып.3. М., 1869.
3.36.Жулудкова Т.И. Основные направления деятельности полиции дореволюционной России по охране феодального и буржуазного общественного порядка. М., 1977.

3.37.3аварзин П.П. Работа тайной полиции. Париж, 1924.

3.38.3айончковский П.А. Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880 гг. М., 1964.
3.39.Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978.
3.40.3айончковский П.А. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М., 1970.

3.41.Зотов Л.А. Саратовская охранка. Саратов, 1924.

3.42.Из истории подготовки и воспитания кадров полиции в дореволюционной России. Новгород, 1993.

3.43.История органов внутренних дел дореволюционной России. М., 1984.
3.44.Ищенко Е.П., Любарский М.Г. В поисках истины. М., 1986.
3.45.Клепиков А.К. Записки фабричного инспектора: (Из наблюдений и практики в период 1894 -1908 гг.). М., 1911.

3.46.Кобрян В.В. Иван Грозный. М., 1989.

3.47.Коковцев В.Н. Из моего прошлого: Воспоминания 1903 -1918. Париж, 1933.
3.48.Кони А.Ф. Отцы и дети судебной реформы. М., 1914.

3.49.Корсаков А.Н. Степан Иванович Шешковский (1727-1794): Биографические очерки. СПб., 1885.

3.50.Корсаков Л.А. Из жизни русских деятелей XVIII в. Казань, 1981.
3.51.Котошихин Г.К. О Московском государстве в середине XVII столетия. // Русское историческое повествование XVI-XVII вв. М., 1984.
3.52.Кошель П.А. История сыска в России. Т. 1-2. Минск, 1996.
3.53.Крылов И.Ф., Бастыркин А.И. Розыск, дознание, следствие. Л., 1984.
3.54.Курицин В.М. Буржуазные реформы государственного аппарата и развитие права в России в 60-е - 80-е годы XIX века. М., 1992.
3.55.Латкин В.М. Учебник истории русского права периода империи. СПб., 1909.

3.56.Лебедев В.Л. Искусство раскрытия преступлений. СПб., 1909.
3.57.Лившиц С.И. Московская охранка в борьбе с революционным движением. М., 1934.
3.58.Лопухин А.А. Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907.
3.59.Лопухин А.А. Из служебного опыта: Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907.

3.60.Лопухин В.Б. Люди и политика. М., 1966.

3.61 .Лорис-Меликов М.Т. Докладная записка о преобразовании полиции. СПб., 1880.
3.62.Луковская Д.И. Политические и правовые учения: историко-политический аспект. Л., 1985.

3.63Лурье Ф.М. Полицейские и провокаторы. СПб., 1992.

3.64.Лысенко В.В., Сальников В.П., Сизиков М.И., Филипова С.В. Нравственно-правовые проблемы деятельности полиции дореволюционной России. СПб., 1996.

3.65.Маньков А. Г. Уложение 1649 года - кодекс феодального права России. Л., 1980.

3.66.Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т.13.

3.67.Миролюбов А.А. Документы по истории Департамента полиции периода первой мировой войны. М., 1988.

3.68.Мулукаев. Р.С Полиция и тюремные учреждения дореволюционной России. М., 1969.
3.69.Мулукаев Р.С Полиция в России (IX - нач. XX вв.). Нижний Новгород, 1993.
3.70.Мулукаев Р.С. Система органов внутренних дел дореволюционной России. М., 1978.
3.71.Мулукаев P.O. Структура органов внутренних дел дореволюционной России. М., 1978.
3.72.Мулукаев P.O. Общеуголовная полиция дореволюционной России. Ее классовый характер. М., 1979.

3.73.Мулукаев P.O. Политическая полиция дореволюционной России, ее реакционный, антинародный характер. М., 1976.

3.74.Новомбергский Н.Б. Слово и дело государства: Материалы. Томск, 1909.
3.75.Организация и деятельность уголовного сыска в дореволюционной России (конец XIX - начало XX вв.). М., 1984.

3.76.Осипович Н.И. Один из своих: Из "Рассказов о секретных сотрудниках". М., 1924.
3.77.Осоргин М.А. Охранное отделение и его секреты. М., 1917.
3.78.Остроумов С.С. Преступность и ее причины в дореволюционной России. М., 1980.
3.79.Пален К.И. Записка министра юстиции графа Палена. СПб., 1907.
3.80.Парвов Ф.Ф. Полиция и разбойники в селах. СПб., 1878.

3.81.Перегудова З.И. Тайны политического сыска. Инструкция о работе с секретными сотрудниками. СПб., 1992.

3.82.Полиция и милиции России: Страницы истории. М., 1995.
3.83.Преступления, раскрытые начальником С-Петербургской сыскной полиции И.Д.Путилиным. СПб., 1908.

3.84.Роуан Р.У. Очерки секретной службы: из истории разведки. М., 1946.
3.85.Рууд Ч.А., Степанов С.А. Фонтанка 16. Политический сыск при царях. М., 1993.
3.86.Рыбаков И.Ф. Тайная полиция в "Семеновские дни". М., 1925.
3.87.Самойло В.А. Возникновение Тайной экспедиции при Сенате. М., 1948.
3.88.Семеновский М.И. Слово и дело: 1700-1725. СПб., 1884.

3.89.Семеновский М.И. Тайная служба Петра I. Минск, 1993.

3.90.Сергеевский Н.Д. Наказания в русском праве XVH в. СПб., 1887.
3.91.Сивков К.В. Тайная экспедиция, ее деятельность и документы. М., 1946.
3.92.Сидорчук М.В. Систематизация законодательства России 1826-1832 годов. Л., 1983.
3.93.Сизиков ММ., Борисов А.В., Скрипилев А.Е. История полиции России (1718-1917 гг.). Вып.2. М., 1992.

3.94.Скрынников Р.Г. Опричный террор. Л., 1969.

3.95.Солодкин И.И. Очерки по истории русского уголовного права. Л., 1961.
3.96.Стамковский П.С. С-Петербургское охранное отделение в 1895-1901 гг. М., 1921.
3.97.Снигирев И. Безопасность и полиция. Витебск, 1912.

3.98.Тарасов И.Т. Полиция в эпоху реформ. М., 1885.

3.99.Тарасов И.Т. Очерк науки полицейского права. М., 1897.

3.100Троцкий И.М. Третье отделение при Николае I. М., 1930.
3.101 .Ушерович СМ. Смертные казни в царской России. М., 1933.
3.102.Федоров К.Г., Ярмыш А.Н. История полиции дореволюционной России. Ростов-на-Дону, 1976.

3.10З.Филиппов А.Н. История русского права. Юрьев, 1912.
3.104.Фойницкий МЯ. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1910.
3.105.Фром В. Новейшие методы антропометрической фотографии для полицейских целей по системе А.Бертильона. Одесса, 1906.
3.106.Шеварнадзе С.З. Мысли старого служаки. Тифлис, 1910.
3.107.Шелкопляс В.А. Полицейская реформа в 60-х годах XIX века. Минск, 1981.
3.108.Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма. Омск, 1973.

3.109Шинджикашвили Д.И. Министерство внутренних дел царской России в период империализма. Омск, 1974.

3.110.Чалидзе В. Уголовная Россия. М., 1990.

3.111.Чукарев А.Г. Организация политического розыска царской России в XIX-ХХ веках. Владивосток, 1973.

3.112.Чукарев А.Г. Методы и средства политического розыска в царской России в XIX-ХХ веках. Владивосток, 1968.

3.113.Щеголев П.Е. Тайны охранки. М., 1917.

3.114.Эйдельман Н.Я. Из потаенной истории России XVIII-XIX веков. М., 1993.
3.115.Юшков М.В. История государства и права СССР. 4.1. М., 1950.
3.116.Ярмыш А.Н. Политическая полиция Российской империи: 1880-1904 гг. Харьков, 1978.


4.Статьи
 

4.1.Богучарский В.Я. Всеподданнейшее донесение шефа жандармов. // Голос минувшего. 1917. № 7-8.
4.2.Жилинский В.Б. Организация и жизнь охранного отделения. // Голос минувшего. 1917. № 9.
4.3.Карпикова И.С. Органы русского государства, выполнявшие функции полиции до XVIII в. // Вест. Моск. ун-та. 1972. №3.
4.4. Кузнецов Э.В. Естественное право как фактор духовного возрождения России. // Правоведение. 1993. № 4.
4.5.Мулукаев Р.С., Полубинский В. Сказ о сыске. // Советская милиция. 1990. № 1-12.
4.6.Рейтблат А.Н. Архивы политического сыска. // Родина. 1990. № 12.
4.7.Сальников В.П., Бородин В.В., Степашин СВ., Ян-гол Н.Г. Язык права и закона. // Актуальные проблемы правоохранительной деятельности органов внутренних дел. Сб. научных трудов. СПб., 1993.
4.8.Селиванов Н.В. Судебно-полицейский розыск у нас и во Франции. // Юридический вестник. 1884. № 15.
4.9.Сизиков М.И. Полицейская реформа Петра I. // Правоведение. 1992. № 2.
4.10.Сизиков М.И. Центральный и столичный полицейский аппарат России в 1732-1740 гг. // Армия и полиция в аппарате эксплуататорских государств: Сб. Научн. Тр. // Свердл. юрид. ин-т. Вып. 23. Свердловск, 1975.
4.11.Федоров В.А. Старая концепция внутренней политики России в XVIII - первой половине XIX в. // Вопросы истории. 1963. № 8.

4.12.Цявяовский М.Н. Секретные сотрудники московской охранки. // Голос минувшего. 1917. № 7-8.
 

5. Периодические издания
 

5.1.Былое, 1906 №4.
5.2.Былое и настоящее, 1905. № 2.
б.З.Вестник Европы, 1917. № 3.
5.4. Вестник полиции, 1909. № 30.
5.5.Вестник полиции, 1908. № 7.
5.6.Вестник полиции, 1909. № 13.
5.7.Вестник полиции, 1917. № 17.
5.8.Вестник полиции, 1913. № 36.
5.9.Вестник полиции, 1908. № 8.
5.10. Вопросы истории, 1968. № 10.
5.11.Голос минувшего, 1917. № 8.
5.12.Исторический вестник, 1912. №2.
5.13.Русский архив, 1913. № 10.
5.14.Русская старина, 1833. № 3.
5.15.Русская старина, 1871. № 12.
5.16.Русский исторический журнал, 1922. № 8.
5.17.Юридический вестник, 1884.15 февраля, № 5.

 

Примечания

 

1 Отчет о деятельности сыскного отделения Киевской городской полиции. Киев, 1907. С.22.
2 См.: Мулукаев Р.С. Общеуголовная полиция дореволюционной России. Ее классовый характер. М., 1979. С.25-26.



return_links();?>
 

2004-2022 ©РегиментЪ.RU