УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Алфавит

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Дитерихс М.К. Несколько страниц из боевой деятельности 52-го драгунского Нежинского полка в кампанию 1904-05 гг.,

 

Елец; "Паровая типография товарищества А.М. Полякова", 1908.

Дитерихс Несколько страниц из боевой деятельности 52-го драгунского Нежинского полка в кампанию 1904-05 гг.

 

Вместо предисловия

Ляоянский период

 

Иллюстрации

 

Вместо предисловия

 

Много нареканий пришлось выслушать нашим кавалеристам после минувшей, неудачной войны с Японией. Обвиняли конницу в том, что она ничего не делала и ничего не сделала, что она и не была подготовлена к работе в обстановке современной войны и современного боя; шли даже дальше: говорили, что, и при наличий полного желания и готовности работать и жертвовать собой, она все-равно ничего не могла бы сделать. Так, будто бы, оказались несоответственными условия и характер теперешних войны и боя — характеру и свойствам конницы.
Много обидного и горького пришлось перенести русскому кавалеристу и, откровенно говоря, вопрос о роли нашей конницы в минувшей войне до сих пор остается мало исследованным, с точки зрения выполнения ею действительно кавалерийских задач. Как будто таковых и не было.
А между тем, у нас все-же содержится вся та масса конницы, какая содержалась и до войны; конница эта продолжает обучаться, по прежнему, своему специальному кавалерийскому делу, глубоко веря в пригодность его, беззаветно любя свою лихую службу, отдавая подготовке всю душу и сердце и часто, даже в мирное время, рискуя ради нее своей жизнью.
А что, если вся эта вера, преданность делу и святая любовь его лишь остаток старых, отживших теорий, отошедших уже в область исторических преданий, хотя и славных, но ныне неосуществимых?.. Сколько разочарований горьких, кровавых ожидает наших кавалеристов в военное время?.. Сколько обманутых светлых надежд? Сколько даром затраченных силъ, труда, работы, энергии и любви?.. Сколько выброшенных денег на содержание, воспитание и подготовку в мирное время того, что ни к чему не будет годно в военное время?
Читая многочисленные очерки, воспоминания и рассказы из минувшей войны, появляющееся в различных наших военных журналах и касающиеся деятельности различных, больших или малых, конных частей, приходится сознаться, что во всех этих повествуемых, зачастую геройских и лихих, действиях, эпизодах -3- и подвигах наш кавалерист не найдет нужного для него ответа, могущего поддержать в нем веру в свое, дело, убеждение в его пригодность, веру в смысл и цель существования в мирное время, освещения роли конницы в исполнение ее прямых, специально кавалерийских задач.
Не принимая на себя столь обширной и ответственной задачи, как исследование вопроса о роли кавалерии, при современных условиях, на театре военных действий вообще и в частности — на полях сражений, мы задаемся более простой целью: поделиться с читателем - кавалеристом некоторыми. известными нам, эпизодами из минувшей войны, которые могли бы дать кавалеристу, хотя бы некоторое, основание сказать себе: „нет, моя работа и вера в ее полезность не напрасны; работа и специальное дело для конницы в современных войнах и боях — есть; существование наше и работа наша в мирное время:— оправдываются пользой, которую мы можем принести в военное время".
С этой целью мы познакомим читателей с работой 52-го Драгунского Нежинского полка в двух различных периодах кампании 1904-1905 г.г.
Будучи сторонниками. того взгляда, что и в наше время, хорошо обученная кавалерийская часть, с опытным, искусным и кавалерийским, по духу, начальником во главе ее может легко, достойно и успешно выполнять всевозможные, специальные и совокупные, с другими родами оружия, задачи, возлагаемые на нее, как на театре военных действий вообще, так и в бою — в частности, мы, равно, не предполагаем делать и каких-либо выводов из службы и работы этого славного, боевого полка. Сделать это может каждый, кто возьмет на себя труд прочесть этот очерк до конца. Мы ограничиваемся лишь простым изложением тех задач, кои „возлагались на этот полк в различные периоды кампании и как, и с каким успехом эти задачи выполнялись полком. -4-

 

Ляоянский период

 

С прибытием на театр военных действий и с назначением начальником войск Восточного фронта Командира 17-го Армейского Корпуса Генерала БИЛЬДЕРЛИНГА, 52-й Драгунский Нежинский полк вошел в состав конницы войск этого фронта.
К концу июля 1904-го года общее положение на Восточном фронте было следующее: Главная масса войск Восточного фронта, располагалась к востоку от Ляояна, в треугольнике Ляоян-Пегоу-Ляньдясань; у д. Бенсихэ, прикрывая путь из Сихеяна на Мукден, был расположен отряд Полковника Грулева; в районе Сяосыръ-Цзянчан действовал конный отряд Генерал-майора Любавина, наблюдавшей за путями из Оаймацзы в Мукден, а еще восточнее — отряд Полковника Мадритова.
Японская армия Куроки, оттеснив, в боях первой половины июля, наши войска к реке Танхэ, заняла главными силами долину реки Ланхэ, выдвинув сторожевое охранение: на фронте по линии Холунгоу-Тахеян, фронтом на запад, а далее по левому берегу реки Тайцзихэ, почти вплоть до Бенсихэ, фронтом на север. Против отрядов Полковника Грулева и Генерал-майора Любавина японцы выдвинули довольно сильные сторожевые отряды, затруднявшее выяснить точно и определенно какие силы японцев группируются в направлении Оаймацзъь-Фынхуанчен и куда сосредоточиваются главные силы Куроки.
В ряду возможных будущих действий японцев, Командующий Армией допускал возможным, что Куроки, оставив на позициях реки Ланхэ сильный заслон против главных сил Восточного фронта, решится двинуть значительный силы, в обход нашего расположения под Ляояном, кратчайшими путями на Мукден. При этом, для своего движения, японцы могли избрать; или пути через Бенсихэ на Мукден и восточнее его, от Саймацзи, что представляло бы дальний обход, или же пути, пролегавшие в промежутке между устьем реки Ланхэ и д. Бенсихэ, на копи Янтай-Мукден, ближний обход..
Достаточно взглянуть на карту чтобы убедиться, что для Армии, расположенной: одной группой в 40 верстах к югу от Ляояна, с другой - в 80 верстах к востоку, не подготовленной к наступательным действиям против оставшихся, в этом случае для маскирования движения японцев, сил, это второе направление движения было особо опасным и неблагоприятным. Поэтому в ряде директив и указаний Генералу Бильдерлингу, Командующим Армией было предложено особо тщательно наблюдать за противником -5- на участке реки Тайцзихэ от устья реки Танхэ до д. Бенсихэ, выяснить, по возможности, силы противника и места сосредоточения их позади линии передовых постов и принять меры к своевременному обнаружению подготовки к переправе противника через реку Тайцыхэ на этом участке.
Эти важные для всей Маньчжурской Армии задачи, Начальник войск Восточного фронта, возложил на 52-й Драгунский Нежинский полк, включив его в состав особого отряда из трех родов оружия, под начальством Генералъ-Майора Янжула, на пехоту которого возлагалась задача задержать противника, до подхода подкреплений, на путях ведущих к Ляояну с востока по правому берегу реки Тайцзыхэ, если бы японцы предприняли обходное движение на Ляоян этим берегом реки.
Гёнералъ-Майор Янжул, заняв главными силами своего отряда д. Сахутунь, а авангардом — д. Сиквамтунь, в развитие полученных указаний, возложил на 52-й Драгунский Нежинский полк следующие частные задачи: 1) войти в связь на правом фланге с 10-м Армейским Корпусом, занимавшим позиции по линии Пегоу-Цегоу и на левом .фланге с отрядом .Полковника Грулева у Бенсихэ; 2) осветить и наблюдать за противником, на левом берегу реки Тайцзыхэ в промежутки между указанными выше нашими отрядами; 3) очистить тыловой район и особенно этапную линию Янтайские копи — Бенсихэ, от хунхузов и 4) обрекогносцировать пути из. Сахутуня в Бенсихэ, на случай движения всего отряда к последней. В тоже время на 52-й Драгунский полк было возложено содержание летучей почты между Ляояном и Штабом войск Восточного фронта и между Ляояном и отрядом Генерала Янжула, общим протяжением в 50 верст.
Во исполнение возложенных задач полку приходилось: осветить и наблюдать участок протяжением по фронту в 45 верст; держать: связь со своими соседними отрядами: на правом фланге на расстоянии 12-15 верст, на левом - 22-25 верст: обрекогносцировать: пути общим протяжением: в 25-30 верст; содержать линию постов летучей почты длиною в 50 верст и очистить тыловой район, протяжением в длину - 45, а в ширину — 18 верст, от хунхузов.

 

***
 

28-го июля, прибыв в Сахутун, 52-й Драгунский Нежинский полк получил от Генерала Янжула, указанные выше задачи и приступил к их выполнению: один эскадрон был назначен для содержания летучей почты; другой эскадрон отправлен в тыл, на направление копи Янтай-Бенсихэ, для очищения тылового района от хунхузов; связь с соседними частями было решено установить и поддерживать офицерскими разъездами для чего один офицерский разъезд силою в 18 коней, направлен к Анпину для связи с 10-м Армейским Корпусом на правом фланге, а другой, такой же силы разъезд - к дер. Бенсихэ для связи с отрядом -6- Полковника Грулева на левом фланге. Остальные 3 1/2 эскадрона выдвинулись на юго-восток, к д. Квантун; от них один эскадрон был назначен для занятия сторожевого охранения вдоль правого берега реки Тайцзыхэ. В главных силах полка осталось 2 1/2 эскадрона для выполнения задач по освещению участка на левом берегу реки Тайцзыхэ и по сбору сведений о противнике.
Эти последние, специально кавалерийские задачи, а при указанных выше предположениях и особо трудные и ответственные были поручены офицерским разъездам, причем каждому указан определенный участок для наблюдения и поставлены задачи по сбору сведений о противнике. Весь район наблюдения был разбить на три участка и в каждый участок назначен офицерский разъезд, силою также в 18 коней; каждые два дня разъезды сменялись.
Первая группа разъездов выступила рано утром 30 июля и с этого дня началась работа полка по разведыванию, продолжавшаяся непрерывно до 18 августа; но раньше чем говорить о сведениях, добывавшихся разведкой полка, не отметить, что к этому времени, как в Штабе войск Восточного фронта, так вероятно, и у Командующего Армией (что можно судить по делавшимся им распоряжениям), сведения о японцах, группировавшихся к югу от реки Тайцзыхэ, были самые разноречивые, разнообразные, и пожалуй, тревожные. Значительное большинство этих сведений сводилось к тому, что главные силы противника сосредоточиваются более к востоку, в районе Сяосыра, что к западу силы японцев уменьшаются и что по всем этим данным можно предполагать, что главная масса противника предполагает дебушировать в направлениях на Бенсихэ и на Далинъ, дабы прорвав наше расположение на реке Тайцзихэ, броситься на незащищенный Мукден, в тыл нашей Армии. Насколько тревожны были эти сведения видно из того, что под Мукденом, по распоряжению Командующего Армией, было приступлено к спешному формированию особого отряда в состав которого вошли даже части, действовавшие дотоле в Южной группе Маньчжурской Армии и переброшенные спешно на север по железной дороге.
Вот, при наличии уже имевшихся таких сведений о противник и при сложившихся на оснований их предположений, началась разведка 52-го Драгунского полка. Нет надобности передавать действия каждого из разъездов в отдельности — это дело дневников эскадронов полка. Для нашей задачи важно передать уже сведенные результаты работы разъездов по периодам, в связи с развертывавшимися на всем Восточном фронте событиями.
Первые, полученные от разъездов 52-го Драгунского полка, донесения определили совершенно точно положение лини передового охранения японцев, отчасти его силу и характер. Сводки, представлявшиеся через Штаб отряда, отличались, спокойствием донесений, наблюдательностью и, что особо было ценным, это то, что в них резко разграничивалось виденное разъездом от слышанного от других или от местных жителей. Донесения определили, что сторожевое -7- охранение японцев тянется по левому берегу реки Тайцзи-ха от устья реки Ланхэ до устья реки Сихэ, а далее круто поворачивает на восток вдоль левого берега этой последней. Чем более на запад, тем, охранение гуще, сильнее и бдительнее. Впереди линии охранения встречаются лишь отдельные кавалерийские разъезды и партии пеших разведчиков, которые, однако, долго на одном каком либо месте не задерживаются, а постоянно передвигаются. Уже в одном из первых донесений сообщалось о найденных у д. Фаншен, укрытыми в гаоляне, 15—20 лодок.
К 8-му Августа разъезды донесли, что сторожевое охранение японцев отошло от реки Сихэ к югу и продолжает отходить все дальше и дальше; что на участке между реками Ланхэ ж ..Сихэ охранение наоборот усилилось, стало более бдительным и приблизилось к реке Тайцзихэ и что главные силы японцев группируются в долине реки Ланхэ, но настолько глубоко от реки Тайцзи-хэ, что нащупать их разъездам не удавалось.
Если сопоставить эти данные со сведениями поступавшими от наших войск, расположенных в долине реки Танхэ, то можно было вполне основательно заключить, что в ближайшие дни никаких обходных движений противника не последует и главное внимание его обращено на запад, против указанных выше войск в долине Танхэ; охранение же с фланга усиливалось именно с целью более обеспечить район сосредоточения своих главных сил в западном направлении.
В последующие дни донесения разъездов сводились к указаниям о все усиливающемся охранении противника, и о постепенном продвижении его на запад левым берегом реки Тайцзихэ. Охранение японцев на участке между реками Сихэ и Ланхэ и далее к западу стало обращаться уже в непрерывную цепь пехотных постов с сильными поддержками. Разъезды подвергались постоянному обстреливанию из деревень, расположенных вдоль левого берега Тайцзихэ. ниже устья реки Сихэ. Наблюдались работы по устройству окопов или батарей на высотах левого берега реки Ланхэ, против расположения 10-го Корпуса, главные силы противника оставались по прежнему неосязаемы. для разъездов полка т. е. были чересчур удалены от реки Тайцзихэ.
Так, как, тем не менее, руководящие указания Командующего Армией продолжали допускать возможность движения противника в обход нашего расположения, то, дабы более точно определить направление движения противника к реке Тайцзихэ, Командир Нежинского полка: решил произвести, рано утром 14-го Августа, совместно с соседним Дагестанским полком, усиленные поиски сил противника, расположенных между реками Сихэ и Ланхэ.
Однако этому решению не суждено было выполниться в полной мере, в виду разыгравшихся событий. Разведки драгун в течении 9-го, 10-го и 11-го Августа дали возможность Начальнику войск Восточного фронта, составить себе совершенно точное определение района группировки главных сил армии Куроки, а отсюда и делать -8- предположения о возможных действиях японцев в ближайшем будущем. В разрез всем сведениям тайной разведки, т. е. разведки при посредстве посылки китайцев, разведка драгун, как по личным наблюдениям, так и по отмеченным характерным признакам, приводила к заключению, что армия Куроки сосредоточивается в долине реки Ланха для атаки войск Восточного фронта с востока я, что в районе к югу от реки Сихэ, более или менее значительных сил японцев нет, а потому всякие сведения, о якобы готовящемся ими дальнем обходе на Мукден, должны быть отнесены к области фантазии и бесценности сведений, получавшихся от китайцев.
Следует отметить, что данные добывавшиеся драгунскими разъездами — получались не легко. Обыкновенно сила и открытое освещение разъездом, давали мало ценных и определенных сведений. Успех достигался находчивостью, искусством и скрытностью. Вот почему разведка давала, хотя и ценные и положительные результаты, но достигалось это медленно. Район в котором велась разведка представлял гористую страну, сильно пересеченную, с узкими и глубокими долинами и ущельями и с высокими, крутыми хребтами и остроконечными сопками. Это была местность вообще не для действий конницы. Небольшие посты пехоты противника, разбросанные по высотам сопок и гор, легко задерживали разъезд и не давали ему возможности проникнуть, пользуясь быстротой, в глубь; часто разъездам приходилось спешиваться и вести разведку в пешем строю, лишь бы проникнуть за передовую завесу и выщупать поглубже. Много было случаев находчивости, ловкости и отваги, а во всей разведке, в общем, красной чертой оттенялась преданность своему долгу, сознание важности возложенных поручений и глубокая любовь своего родного дела.
Нельзя не оттенить и еще одной очень важной черты в производстве разведки драгунами — это чрезвычайная добросовестность в донесениях и настойчивость при добывании сведений. Ни одно мало-мальски важное сведение не сообщалось без того, чтобы оно не было проверено. Если вспомнить те условия, при которых полку пришлось приступить к разведке, и ту ответственность какая падала на эту разведку, то осторожность, проявленная в донесениях, станет понятной. Действительно, можно ли легко относиться к своему донесению сознавая, что все, что ты доносишь, в корне противоречив тому, что было известно раньше, чему верили и на основании чего принимались меры для противодействия дальнему обходу противника, через Бенсихэ и Далин, на Мукден. Тут надо было быть очень осторожным и внимательным и даже с риском для себя, но постараться убедиться в действительности получаемых донесений. Для примера можно упомянуть хотя бы о следующем эпизоде разведки; когда разъезды обнаружили, что неприятельское охранение отходит от реки Сихэ к югу, (в это время же тайная разведка, а отчасти и донесения от наиболее восточно расположенных отрядов, продолжали поддерживать предположение -9- о готовящемся дальнем обходе) что очевидно служило признаком того, что в этом районе противник не готовится к каким либо крупным действиям, то для проверки этого сведения, вольноопределяющийся Аппель из разъезда Корнета Ваага, принужден был дважды, пользуясь ночной темнотой, пробираться пешком в неприятельское расположение, причем при вторичной разведке, служившей поверкой для первой, имел столкновение с неприятельским постом и был ранен. Позднее когда получилось донесение о занятии японцами деревни Сакань, находившейся уже на правом, нашем, берегу реки Тайцзыхэ, для поверки этого донесения были посланы с разъездами сначала Корнет Трояновский, который был обстрелян при подходе к деревни Сакань, а затем — Корнет Вааг, который под сильным огнем противника, прошел деревню Сакань на сквозь и определил примерную силу отряда японцев, занявшего эту деревню.
Так или иначе, но сведения добывались разъездами 52-го Драгунского Нежинского полка и при этом, сведения верные и ценные. Последовавшие бои под Анпином и Ляндясаном, 12—14 Августа, подтвердили справедливость донесений драгун. Принимались ли они с должной верой в то время, а если не принимались, то почему это уже другой вопрос, которого в настоящей статье мы рассматривать не предполагаем.
11-го Августа армия Куроки перешла в решительное наступление поведя атаки, первоначально на правый фланг войск Восточного фронта, а в ночь с 13-го на 14-е Августа и на левый фланг 10-го Корпуса. Результатом этих боев был отход главной массы войск Восточного фронта, в ночь с 14-го на 15-е Августа, на передовые Ляоянские позиции, на линию деревень Сяпу-Яючи-Мындяфан.
С этим отходом войск Восточного фронта, задача, возложенная на 52-й Драгунский Нежинский полк, усложнилась еще более. Так как возможность, именно теперь, форсирования японцами реки Тайцзыхэ, на участке р. Танхэ,—д. Сяпу с целью тактического охвата, становилось вероятной до очевидности, то на полк пала самая важная задача — своевременно выяснить место и время форсирования р. Тайцзыхэ, всей, или частью армий Куроки.
К вечеру 13-го Августа, разъезды драгун доносят, что охранение японцев на левом берегу реки Тайцзыхэ, на участке между устьем реки Сихэ и деревней Сакань настолько усилилось, что .проникнуть в глубь не удалось; на высотах левого берега реки Тайцзыхэ, против последней деревни, появились многочисленные, небольшие партии противника, которые огнем препятствуют разъездам войти в долину реки Ланхэ; на этой реке, ближе к ее устью, заметно присутствие более значительных групп японцев.
Эта обстановка вынуждает полк усилить разведку и, в ночь с 13-го на 14-е Августа, на поддержку трех действовавших офицерских разъездов, высылается на левый берег реки Тайцзыхэ эскадрон. В то же время, вдоль правого берега той же реки, на участке от устья реки Сихэ до деревни Кваитун, выставляются наблюдательные заставы. -10-
14-го Августа, поддерживаемые эскадроном, разъезды выясняют, что против деревни Сакань, на левом берегу реки Тайцзихэ, противник собирает значительное количество лодок, что охранение, обратившееся на участке Сесше — устье Ланхэ в почти сплошную стрелковую цепь, выдвинулось к самому берегу реки Тайцзихэ и что из долины Ланхэ, вышли два батальона японцев, из коих один скрылся в складках местности около устья реки Ланхэ, а другой направился к лодкам, собиравшимся против деревни Сакань.
В течение 15-го Августа разведка драгун дает следующие сведения: в ночь с 14-го на 15-е противник переправляет на правый берег реки Тайцзихэ сильную пехотную заставу и занимает деревню Сакань. Эта застава поддерживается пехотными цепями противника, расположившимися по высотам к северу от деревни Сакань. В тоже время выяснено, что посты японцев продвинулись еще на запад и протянулись по высотам к северу и к северо-востоку от деревни Хеую. На высоту 186, что к северу от названной деревни, поднята, по-видимому, горная батарея. Разъезды и заставы драгун имели в течение дня несколько огневых стычек с противником, но сохранили с ним соприкосновение. К вечеру противник на всем фронте усилился; разъезды и эскадрон оттеснены к реке и вынуждены перейти на правый берег реки Тайцзихэ.
Тем не менее, ни 16-го, ни в последующие дни, разведка не прекращается и полк зорко следит за противником. Всю ночь с 15-го на 16-е полк, или, вернее, наличные эскадроны полка, пробыли заседланными в полной готовности. Утром 16-го, ядро полка, под огнем противника из деревни Сакань и с правого фланга, перешло из деревни Квантун в деревню Хванкуфен. В деревне Квантун остался эскадрон содержавший заставы по берегу реки. Офицерских разъездов действовало четыре. Обнаружено: с утра на всех высотах к югу от деревни Квантун, в 4—6 верстах от берега, появились партии японцев, человек в 10—15, двигавшиеся широким фронтом к реке. Впечатление такое, что это передовое походное охранение отряда. К вечеру деревни Иншупуцзи и Тесулу были заняты противником. Силы японцев у деревни Сакань не увеличились и оставались на своих местах. Вечером поступило донесение в штаб полка, что японцы, начали переправу у деревни Квантун. Полк был поседлан и, ранее донесения в Штаб отряда, для проверки выслан эскадрон. Донесение оказалось ошибочным. За день охранение японцев протянулось еще на запад и дошло до деревни Сванмяоцзи. Уже в сумерки появились колонны японцев, общею силою до трех батальонов, спускавшиеся с высот у деревни Хеую в направлении к деревням Квантун и Иншупуцзи. В то же время, на высоте к востоку от деревни Сванмяоизы, противник приступил к каким-то земляным работам, а на высоту 186 выезжала большая группа людей, по-видимому, осматривала долину реки Тайцзихэ и наш берег. К востоку от долины реки Ланхэ противника не обнаружено, но в самой долине реки замечены какие-то многочисленные обозы. -11-
Вот общая сводка донесений разъездов за 16-е число.
Здесь полагаем нужным, дабы дать возможность читателю самому произвести оценку всех этих сведений, доставленных разъездами 52-го Драгунского Нежинского полка в течении 16-го Августа, в отношении ориентировки Начальствующих лиц в положении противника, указать наше расположение на правом берегу реки Тайцзыхэ и занятые нами там позиции.
Выше уже говорилось, что после боев 12-го — 14-го Августа главные силы войск Восточного фронта, отступив на передовые Ляоянские позиции, заняли таковые по линии деревень Сяпу-Яючи-Мындяфан, упирая левый Фланг в реку Тайцзыхэ. На правом же берегу реки позиции были заняты на массивах 151 и 181, по линии деревень Фанше-Шанмево-Сыквантунь, фронтом на юг и весьма слабо на юго-восток. Впрочем к вечеру 16-го Августа наше расположение на правом берегу доходило только до деревни Дофангоу, а массив 131 и позиция у Сыквантуня, фронтом на юго-восток, были заняты уже впоследствии (приказ о занятии был отдан лишь 17-го Августа в 12 часов дня, а занятие позиции у Сыквантуня последовало уже после того, как совершилась переправа японцев). Кроме сего считаем нужным отметить, что на участке реки Тайцзыхэ от деревни Шанмево до деревни Сакань броды; имелись у деревень Сяпинцу, Сыквантунь и Квантун, что конечно было известно и японцам.
Теперь, полагаем, каждый сможет сам сделать оценку донесений, доставленных драгунами за 16 число.
17-го Августа, с утра, противник начал обстреливать ружейным огнем заставы и разъезды драгун у Квантуна. Перестрелка продолжалась весь день. В течение дня наблюдалась постановка новых орудий на высоте к югу от деревни Иншупуцзы, на высоте к востоку от деревни Сванмяоцзы. Весь день из долины реки Танхэ и с высот у деревни Хеую дебушировали в долину реки Тайцзыхэ партии противника, человек по 30—40 и скрывались в деревнях Сяпинцу и Иншупуцзы. К вечеру приток японцев усилился. Вечером было снова донесение о переправе противника у Квантуна, но выслано вторично на поверку разъезды, снова выяснили ошибочность этого донесения. Полк весь день продолжал быть в готовности.
18-го Августа, в 5 часов 30 минут утра, разъезд Корнета Романова, который находился у деревни Квантун, донес, что японцы начали переправу в брод у деревень Сеше и Квантун; разъезду пришлось отступить под сильным огнем, потеряв несколько людей и лошадей. „Тотчас для более точного выяснения и для усиления передового эскадрона был выслан еще эскадрон и еще один офицерский разъезд. Эти части, спешившись, завязали с переправлявшемся противником перестрелку и выяснили, что к 6 часам 30 минутам утра всего переправилась одна дивизия пехоты с артиллерией и кавалерией и что тотчас по переправе дивизии, японцы приступили к наводке моста, на лодках у деревни Квантун, который был -12- готов через 1/2 часа. Донесение Командира 52-го Драгунского Нежинского полка, посланное в 6 час. 30 мин. утра пройдя через Штаб Передового отряда и Штаб 35-й дивизии, было получено в Штабе Корпуса в 9 часов утра.
На этом мы позволяем, себе закончить очерк о разведывательной службе 52-го Драгунского Нежинского полка, в период предшествовавший Ляоянским боям, в коем полку пришлось выполнять некоторые весьма важные задачи, возлагаемые на стратегическую Армейскую конницу. Далее, во время последовавших боев 19-го, 20-го, 21-го и 22-го Августа, полку пришлось выполнять уже тактические задачи в бою. Но так как для характеристики роли конницы в современном бою, мы имеем в виду рассказать об участии 52-го Драгунского Нежинского полка в боях на реке Шаха, то здесь мы и не будем касаться последовавшей деятельности полка в ближайшие дни.
Выполнил ли полк возложенные на него задачи — предоставляем судить читателю; равно предоставляем сделать выводы и о роли конницы в наше время на театре военных действий вообще. С своей стороны отметим лишь одно: в заключениях о разведывательной службе, читатель, не должен считаться с тем—принимались ли донесения разъездов 52-го Драгунского Нежинского полка, в свое время, в соображение или нет и, если не принимались, то почему? На эти вопросы ответа надо искать уже в психологии, а это не входит в предмет настоящего очерка.
 

 

 

 

Иллюстрации

 

 

1. Схема №1 к описанию боев на р. Шахэ 24 сентября

2.

3.



return_links();?>
 

2004-2022 ©РегиментЪ.RU